— Что, аппетита нет? — осведомился Заварзин, как ей показалось издевательски, а на самом деле обеспокоенно — она действительно была очень бледна и выглядела страшно усталой.

Девушка встала, одарила его уничтожающим взглядом и удалилась в ванную.

Лиза, пожалуй, не смогла бы объяснить, зачем это сделала, но, заперевшись в ванной, она выкрасила волосы в жгуче-черный цвет и накрасилась соответствующим образом.

Как раз, когда она покончила со своим перевоплощением, зазвонил телефон. Выскочив в прихожую к аппарату с криком: «Я отвечу!» — она схватила трубку и заговорила по-английски.

— Гаррис хочет заехать! По пути к Славику, — сказала она в спину мывшему посуду Андрею. — Он вспомнил что-то важное. Ему можно к нам?

— Да ради Бога. — Заварзин не оглянулся.

— А… А эти?

— Да ему-то их что бояться?

Глава 85

Настойчивая трель телефонного звонка заставила Херби выйти из ванной.

— Спишь, бездельник?! — скорее с утвердительной, чем с вопросительной интонацией осведомилась Бет Моргенсон.

«И она еще смеет спрашивать? — мысленно вознегодовал Джейк. — Всю ночь не давала глаз сомкнуть, ненасытная шлюха!»

Вслух же он произнес:

— Уже встал, любовь моя.

— Действуй же, придурок! — сердито проговорила Бет, пропустив мимо ушей ласковое обращение. — Я кое-что узнала: Гаррис собирается ехать к тому парню в больницу! Перехвати его, придумай что хочешь, любой предлог, только заставь его подняться к тебе…

— Но зачем, дорогуша? — удивился Херби. Этот вполне разумный, с точки зрения Джейка, вопрос вызвал бешеное раздражение Бет.

— Делай, как я говорю, идиот! — закричала она. — Разве ты не понимаешь, что я пытаюсь спасти твою задницу?! И заодно вывести из игры этого чертова бойскаута! Шевелись, импотент несчастный!

— Это я-то импотент?! — воскликнул в негодовании плейбой, но Бет уже повесила трубку.

Херби успел «поймать» своим звонком адвоката как раз, когда тот уже собирался покинуть свой номер.

«Черт! — подумал Боб. — Еще несколько секунд, и я бы успел уйти! Чего еще ему надо от меня?!»

Однако он все-таки решил выслушать Херби. Чтобы не возвращаться, он прихватил с собой пакет, в котором лежали купленные для Маркова фрукты, конфеты и бутылка виски. Может быть, это было и неразумно, но он был совершенно уверен, что именно виски больше всего порадует Славика.

Оказавшись возле двери в номер Джейка, Гаррис постучал.

— Не заперто, — томно простонал тот.

Адвокат вошел и увидел сидевшего на диване в гостиной бледного растрепанного плейбоя в халате и тапочках на босу ногу.

— Что случилось? — спросил Гаррис довольно сухо. — Говори, я спешу. Ну?

На лице Джейка появилось страдальческое выражение.

— Удели мне минутку, Боб, — проговорил он заплетающимся языком. — Одну чертову минутку! Ты ведь идешь к этому усатому? В больницу?

— Да.

— Вот, возьми для него шоколад.

Гаррис едва не заскрежетал зубами:

— И ради этого ты?..

— О нет, нет, Боб! Но я ведь твой друг, я ведь что-то значу для тебя? Уж, наверное, побольше, чем этот Марков, которого ты едва знаешь?

«Хорош друг!» — подумал адвокат, махнул рукой и сказал: — Что еще случилось?

— Я… м-м-м… Я… э-э-э… Я никак не приду в себя! Ведь в меня стреляли, Боб… Я бросился тебя спасать, а меня чуть не убили, Боб!

— Вызвать врача?

— Нет, нет, нет, — запротестовал страдалец. — Эти русские врачи — самые настоящие коновалы. Они и здорового человека способны сделать калекой… Нет, не нужно… И потом, я боюсь! Вдруг опять появится убийца?

Адвокат едва сдержался, чтобы не выругаться, Херби явно повредился умом после нападения.

— Так чего же ты от меня хочешь? — спросил он с раздражением. — Чтобы я тебя теперь караулил?

Херби потупился и проговорил:

— Нет, но мне так плохо… Боб, у тебя, случайно, нет аспирина?

— Аспирина? Аспирин у меня был, но кончился. — Увидев, что лицо Джейка страдальчески искривилось, Боб пожалел совсем расклеившегося плейбоя. Мало того, он подумал о том, что собрался сообщить кое-что о Джейке Заварзину, и ощутил укол совести. — Ну что ты, что ты? Я схожу за ним в аптеку.

Гаррис поставил на стол свой пакет и вышел.

Глава 86

Тарасенков, измученный бессонной ночью и с отвратительной назойливостью мелькавшими перед его мысленным взором большими и малыми звездочками, тем не менее вовремя вспомнил о том, что повышение непосредственно связано с тем, как на его действия посмотрит полковник, и поспешил выложить на стол карты.

Александр Петрович Головнин слушал капитана, почти не перебивая, и лишь иногда задавал вопросы исключительно по существу дела. Когда же оперативник закончил, Головнин спросил: «Все с этим?» — и, получив подтверждение, закрыл папку, которую дал ему для ознакомления Тарасенков.