«Эти мужчины — просто тупицы, — думала она. — Предатели и тупицы. Все поголовно. Нельзя на них полагаться… А значит… Я приняла правильное решение. Ты, Джейк, даже представить себе не можешь, как скоро состоится наша встреча!» — Бет усмехнулась. Все было готово. Вот только оружие? Как провезти через таможню маленький дамский револьвер, который подарил ей когда-то отец? Отец… Он нашел бы выход. Он всегда находил выход из любого положения. Но Бет его дочь. Найдет и она.

Бет задумчиво посмотрела на застекленную витрину, в которой красовались маленькая трубочка и тонкие, короткие стрелки. Помнится, ей рассказывали, что с помощью этих стрелок охотятся аборигены где-то в дебрях Амазонки. Они пропитаны страшным ядом… Но как долго он сохраняет свою силу?

Бет взяла колокольчик и позвонила.

Явившаяся горничная едва не лишилась дара речи, услышав ее приказание.

— Вы сказали — собаку? Любую собаку? Я правильно поняла, мадам? Может быть, вы хотите животное какой-то определенной породы?

— Порода не имеет значения. Любую собаку!.. Нет, не любую, какую-нибудь большую. Да, большую и побыстрее! — Брови Бет угрожающе сдвинулись, и девушка поспешила прочь, боясь очередной вспышки гнева хозяйки, у которой в последнее время ужасно разгулялись нервы.

Глава 54

Лиза и Саша вышли из подъезда и направились к автобусной остановке. Старухи, дежурившие на скамейке, проводили их заинтересованными взглядами. Лиза Батурина — скромница и тихоня — так развернулась в последние дни, что пищи для разговоров бабулькам, которым до смерти надоело обсуждать личную жизнь разведенки Ольги с первого этажа, равно как и идиотские выходки попавшего в больницу Гусара-Славика, теперь хватало.

Однако им пришлось отвлечься — следом за Лизой и ее младшим братом из подъезда, озираясь, вышел… бомж.

— Ты, эй, ты! Не вздумай в наш подъезд вернуться! — крикнула ему бойкая Митревна. — Милицию вызовем.

— Правильно! А то повадится ссать, потом от вонишши не избавишься, — поддержала ее старуха Касьцюкевич, вечно хмурая и тощая, как хворостина. — И когда успел зайтить? Я тут на скамейке с утрева сижу, как с магазину вернулась.

— Ночевал небось! — с негодованием предположила бабка Забабахина, полная и вальяжная, распространявшая вокруг себя облако аромата ванилина и корицы. — Говорю в ЖЭКе чердак запереть, говорю, а толку… Ноги сбила ходючи.

— Повадится — не отвадишь! И как его этот, из милиции, что приходил про Лизку спрашивать, не заметил? Надо сигнализировать, — заявила Митревна.

— Надо, надо, — согласно, закивали Касьцюкевич и Забабахина.

А бомж едва успел вскочить в отходивший от остановки полупустой автобус, в котором ехали Лиза и Саша.

Люди, компостировавшие на задней площадке талоны, брезгливо посторонились, стараясь не соприкоснуться с вонючей одеждой старика…

Глава 55

Собака издохла очень быстро. Бет никогда не отличалась излишней сентиментальностью, а потому даже не взглянула в сторону несчастного животного. Убедившись, что яд действует, она покинула холл, где проводила эксперимент, напевая веселую песенку, и предоставила слугам разбираться с останками несчастного пса.

Горничная склонилась над издохшей собакой.

— А я-то думала… В мадам хоть что-то человеческое есть! — сдавленным голосом проговорила она и заплакала.

Бет недолго думала, как провезти смертоносные колючки. О трубке она не беспокоилась; в ней не было нужды, поскольку она сразу же попробовала побросать стрелки в висевшую на стене мишень для игры в дартс — одно из любимых ее развлечений — и убедилась в том, что они летят точно в цель и достаточно далеко.

Она велела принести свою любимую шляпку — фетровую, цвета морской волны.

Непривычно тяжелая работа утомила ее. Пришлось соблюдать особую осторожность, чтобы не поцарапаться о ядовитые шипы, обматывая их тонкой черной ленточкой, которую она затем приколола шляпной булавкой к тонкому фетру. Получилось очень оригинально, и мысль об этом ее особенно радовала: кому придет в голову счесть необычную брошь на шляпке смертоносным оружием?

Глава 56

Лиза и Саша вышли из магазина, нагруженные, как верблюды. Они оттащили коробки от входа, поставили на тротуар, и Лиза начала ловить такси.

— Не надо, Лиз, дорого! Давай так довезем? — попытался возразить мальчик.

— Не жадничай, — одернула его сестра. — Я с тобой не поеду. Да, кстати, — она сунула в руку брата две скомканные бумажки по пятьдесят долларов и около сотни тысяч деревянных — деньги, оставшиеся после покупки компьютера, — за машину расплатишься, а остальные… Матери отдай.

— Не надо… Он все равно отнимет, — тихо сказал Саша, избегая называть отца отцом.

Но не это привлекло внимание Лизы.

— Что значит — отнимет? — удивилась она.

— Он теперь… пьет сильно, Лиз. И мать бьет, если она денег ему не дает… Гайдара проклинает, мать опять же и… тебя.