Читаем Наследник рода Шевалье полностью

Критическая нехватка информации требовала скорейшего исправления. Поэтому я отправился в центр знаний и открытия самого себя: тренировочный зал. Благо, на улице было солнечно. Мои босые ноги монотонно шлепали по дорожке, а теплый ветер продувал сквозь футболку и шорты.

Персонал поместья сопровождал меня странными взглядами, но оттого крепкое деревянное здание показалось мне поистине гостеприимным.

Зал оказался пустым. Наверное, было еще рановато для тренировок. Я расположился прямо на полу. С самого утра не давало странное чувство жжения где-то в области солнечного сплетения. Странно, ударило-то меня скорее в грудь.

Я закрыл глаза и сосредоточился на своих ощущениях. Вообще, концентрация — это не мое. Но вместо обычной темноты меня встретило новое чувство: теплый багровый шар, чем-то похожий на солнце. Сначала моего сознания коснулись лишь мягкие лучи, пробивающиеся сквозь полотно сознания. Процесс сопровождал легкий дискомфорт, а уже через мгновение шар начал пульсировать и увеличиваться в масштабах, а жар сменился на бурлящий водоворот.

Глаза отказывались открываться, и я остался один на один с резкой нарастающей болью. Темнота постепенно заполнялась алой вязью неизвестных мне символов, грозясь вылиться за пределы моего сознания словно кипящий чайник.

Я невольно представил, как эта боль распространяется по мышцам. К моему удивлению, в следующий миг именно это и произошло. Все тело начало ломить, а багровое кипящее ядро плеснуло жидкость к моим конечностям, снося все на своем пути. Дыхание перехватило.

Внезапно, я почувствовал резкий удар в лоб и глаза сами собой распахнулись от неожиданности.

Оказалось, что пока я плавал по океану внутреннего страдания, мое тельце в реальной жизни умудрилось удариться лбом в пол. Впрочем, легче мне от этого не стало. Тело горело, голова гудела, а сознание просило не подниматься. На губах явно чувствовался привкус крови.

Не обращая внимания на подобные мелочи, я рывком выпрямился и уставился на уже не пустой зал. Напротив меня с жутким оскалом сидела глыба мышц. На вид парню было лет двадцать пять, и, похоже, с рождения вместо завтраков его накачивали стероидами и анаболиками. Спортивный костюм не мог скрыть гигантских рук, которые, казалось, могли свернуть горы. Голова же моего товарища была слегка непропорциональна телу и обладала одним интересным и на удивление успокаивающим свойством: отсутствием волос.

— Я не по этой части, — быстро сориентировался в ситуации я, почесывая лоб. — Сами тут этой своей борьбой занимайтесь.

Парень же лишь молча пожал плечами, словно ожидал такой реакции с самого начала.

Вообще, если приглядеться, то он не выглядел так уж страшно. Ну да, силы вагон, да надбровные дуги чем-то напоминают другую эволюционную ветвь, да одной рукой может сломать пополам среднестатистического человека, зато… Никак. Он не просто страшен, а ужасающ.

— Ладненько, — сквозь боль поднялся я, невольно морщась от резкого приступа, — ты тут это… тренируйся. Ну как там у вас положено? Сто отжиманий, сто приседаний, десять километров бега. А я это. Пойду.

План бегства казался идеальным. Ноги получилось переставлять, даже несмотря на усталость. Я уже видел выход из тренировочного зала. Вот-вот. Уже почти…

Но тут на спину опустился ковш весом в тонну, пригвоздив меня к месту. Странно, что несмотря на габариты, парень двигался без единого звука. Ни одна доска не скрипнула под его колоссальным весом. Это что, шутка такая?

— Пора ужинать, — грозно прорычал зверь где-то над самым ухом.

— М-м-мной? — отчего-то дал слабину мой голос.

Ответа не последовало. Здоровяк схватил меня под мышку и просто вынес из тренировочного зала.

Он в три прыжка достиг дверей поместья. И ни один, мать его, слуга не удивился, словно подобное было в порядке вещей. Меня собирались сожрать, а они просто занимались своими делами. Алло, у нас вообще-то тут ЧП.

Впрочем, занес меня здоровяк в длинный зал с овальным обеденным столом, за которым уже устроились знакомые лица.

Меня аккуратно, по меркам тестостеронового маньяка, конечно же, посадили за крайний стул. Сам же гигант прошел к месту у самого начала стола. Забавно, но во главе стола никто так и не сел.

Беатрис, чье имя, после утренних событий, забыть получится уже вряд ли, расположилась напротив гиганта.

— Его-то зачем? — недовольно промямлил Аксель, который устроился напротив меня. — Бездарным здесь нечего делать.

— Овощам слова не давали, — негромко проговорил я, разминая затекшую шею.

Моего братишку от любезного обмена колкостями, кажется, передернуло. Но, поймав взгляд глубоких синих глаз Беатрис, он тут же успокоился и лишь ненавидяще сверлил меня взглядом.

Справа от меня сидел Седрик. Я не мог разглядеть его лица, но тот, кажется, не обращал на происходящее никакого внимания.

— Нет ничего важнее семьи, — многозначительно прорычал гигант, растянувшись в ухмылке, сделавшей его еще более устрашающим.