Читаем Наследие Мрака полностью

Обиталище кротов располагалось в большой галерее прямо под Северным Олом. Невзрачные развалины в былые времена считались первым городом гномов, но расплодившиеся кроты прочно обосновались в этом месте. Несмотря на свою природную слеповатость эти существа обожают читать всё подряд и составлять карты потаённых земель. Каким образом они проникают в потаённые места? Они же кроты как-никак! Ремесленные работы, как впрочем, и дозорную службу землекопы не приветствовали. По этой причине развалины оставались развалинами, а часовые как всегда громко храпели. Только поджигатель имел наглость нарушать эту сонную идиллию своевременно заменяя прогоревшие тускляки. Почти все обитатели развалин совершили вылазку и проныре-гному не составило большого труда прокрасться не замеченным в местный храм - картографию подземелья. Для неё кроты нашли наименее разрушенное здание. Почти цельная двухэтажная постройка бывшего старосты доминантно отличалась от остальных развалин. Как я уже говорил, местные обитатели приравнивали картографию к храму и совершали подношения в виде похищенной литературы и новеньких пергаментов. Последние широко поставлялись островитянами с Сибупа, лежащего восточнее Северного Ола. От кротов увозились на остров мешки "гуляй-грибов". Их пергаменты служили кротам материалом для создания новых карт подземных локаций и в отличие от изначальных свитков могли использоваться с двух сторон. Важно заметить, что сибупяне вели активную торговлю и с Западным Горном, находясь под его личной защитой.

Шмыгариус тем временем отворил дверь храма и торопливо посеменил к резной лестнице.

- Стой! - рявкнул неизвестный, его лицо утаивал капюшон бесформенной хламиды. Приказной тон, явно не произвёл должного эффекта, об этом свидетельствовала покатившаяся под лестницу голова незнакомца.

Второй этаж очаровал даже циничную душонку прирождённого спекулянта. С вышины стеллажей на гнома взирала бесконечная мудрость, кропотливо собранная с различных уголков молодой планеты. Искомая карта небрежно валялась на столе. Многие её фрагменты были указаны схематично, но местами пестрели педантично детализированные области. Над столом горбился пожилой крот со смешной козлиной бородкой. Он силился что-то рассмотреть, но подтяжки его шаровар мешали наклониться ещё ниже.

При всём уважении к старости, гном хорошо понимал, что нейтрализовать картографа всё же придётся, как ни крути. Аккуратный удар в затылок обухом секиры временно отключил старика. Дрожащей рукой гном свернул карту и, заткнув ключ к сытой жизни за пояс, поспешил убраться прочь.

Шмыгариус предполагал воспользоваться изначальным маршрутом, как вдруг из-под земли, в буквальном смысле, вырастали один за другими подслеповатые хозяева обиталища. Ничего не оставалось, как резко свернуть со знакомого пути и пытаться импровизировать. Разветвлённая сеть тоннелей поначалу сбила, столку маленького торопыгу, но карта подземки пришлась, кстати, более того, на ней указывались все нычки кротов. У гнома уже давно закончились факелы и посему он не брезговал прибегать к помощи захваченных тускляков. С освещением факела не сравнить, но хоть мелкую живность отпугнёт и на том спасибо.

Едва различимые крики далеко позади, вызывали у Шмыги приступы безудержного смеха. Что не говори, а мелкий народец обожает оставлять честных работяг с носом.

До ближайшего тайника идти от силы десять минут, но пятая точка предчувствовала опасность этой затеи. Вероятность того, что озлобленные кроты нагрянут в ближайшую кладовую, была крайне высока. Необходимо крепко стиснуть своё достоинство и осторожно пробираться к самой дальней нычке.

Семь потов сошло прежде, чем Шмыгариус смог добраться до искомой цели. В реальности нычка оказалась куда серьёзнее, скромных упоминаний на карте. Она походила на маленькую крепость в просторной галерее, оснащённую четырьмя бойницами по углам с установленными в них многозарядными арбалетами. Подойти незамеченным к такому укреплению было попросту невозможно. Фосфорические кристаллы свисающими сосульками под сводом, довольно ярко освещали всё вокруг, создавая неугасаемую иллюзию дневного света. Шмыга прекрасно осознавал всю невыгодность своего положения, но отсутствие активности на стенах укреплённой нычки ободрили его. Увесистый каменюка, запущенный гномом в низенькие ворота не повлиял на тишь и благодать этого места. Ломиться в лобовую - рискованный шаг, но ему не терпелось оказаться при дворе Хакуса и считанные метры отделяли Шмыгу от давней мечты.