Читаем Наше падение полностью

— Ладно, Гарри, — услышал Бадди собственный голос. — Я это ценю. На самом деле, ценю и восхищаюсь. Это прекрасно…

— Ты ценишь и восхищаешься, но прячешься в кустах. Знаешь, почему? Потому что следующим твоим словом должно было стать «но». «Черт, Я думаю, что ты поступил великодушно, Гарри, но…» Но что значит это «но», Бадди? Ты смотришь на меня косо. Ты посчитал, что у меня был скрытый мотив поступить именно так. Правильно?

— Но почему ты так поступил, Гарри? — спросил Бадди, не скрывая удивления. — Почему взял на себя всю вину? Как так получилось, что твой отец оплатил все расходы? Ведь мы нанесли не меньший ущерб, чем ты. Может, даже больший, — алкоголь начал работать, и он подумал о комнате девушки, о том, с какой радостью он срывал плакаты со стены, сметал с полки фигурки животных и переворачивал кровать.

— Так тяжело понять? — спросил Гарри. — Что? Я решил, что я негодяй или кто-нибудь в этом роде? Конечно, мне захотелось немного ада, повеселиться, чуть-чуть покурить, чуть-чуть выпить. И вознесло ли меня это под небеса? Эй, Бадди, я хорошо отношусь к матери и уважаю отца. Я хорошо учусь. Вся моя родня это ценит. И когда у меня возникли неприятности, то отец пришел мне на помощь. Он меня любит. И вот, не спрашивая ни о чем, он выписал чек.

Бадди снова присмотрелся к Гарри: Гарри Фловерс, прилежный ученик, благодарный сын и хороший парень. Что же портит всю картину? И что не сходится?

— Извини, — сказал он. Алкоголь снова облегчил слова.

— Ты не сожалей. Лишь прими все так, как оно есть. И не пытайся быть героем. Мне лишь хотелось думать, что я лучший из вас. Почему из-за моей прихоти должны страдать те, кто был тогда со мной — мои друзья?

«Но я то тебе не друг!» — подумал Бадди.

Великодушие Гарри переливалось через край. Бадди часто задумывался о таких вещах, как добро и зло, которые воспринимались им, как хорошо или плохо. И когда он сопоставлял себя и Гарри, то Гарри автоматически занимал место негодяя. На этот же раз он уже как минимум не был уверен в себе. Хороший парень не должен совершать мерзкие поступки. А он — Бадди Вокер, хороший парень, помогал разрушать дом. И еще он пил в тайне от всех и иногда приходил в школу уже хорошо «набравшись». Его успеваемость скатилась на уровень ниже среднего. А Гарри — он хорошо учился. Отец Бадди ушел из дому, бросил семью, когда отец Гарри… «Он меня любит», и к тому же он оплатил весь ущерб, нанесенный сыном.

— Что случилось? — спросил Гарри.

— Ничего, — ответил Бадди. Но на самом деле что-то случилось.

— Вот думаю, зачем я выбрал тебя, чтобы все это рассказать? — продолжил Гарри.

Бадди встревожено к нему повернулся. Гарри может прочесть его мысли? Гарри всегда придерживал какой-нибудь сюрприз. Какой на этот раз?

— Ты думаешь, почему я так легко отделался, правильно? Почему судья дал мне лишь испытательный срок? Почему так мало об этом написано в газетах? Почему я не оказался в тюрьме? Тебя беспокоит это?

Джин заговорил вместо Бадди:

— Верно, правильно, именно это до сих пор для меня является нераскрытой загадкой.

Но на самом деле он подумал о том, что все это как раз его не волнует. Он расслабился, потому что Гарри уж точно не читал его мыслей.

— Видишь ли, Бадди, мне поверили, моим словам, — обычное хладнокровие Гарри исчезло, и он, говоря об этом, вдруг возбудился, ожил. — У них не было выбора.

— Почему у них не было выбора? — спросил Бадди, почувствовав, что подыгрывает Гарри, будто главному герою в комическом сериале.

— Знаешь, на самом деле, они так и думали, что у них есть выбор. На меня собирались повесить всех собак: взлом и вторжение, тотальный ущерб имуществу, нападение на девушку. Но если все это отбросить, то они не могут выдвинуть мне все эти обвинения. Не было взлома и вторжения, и нападения на девушку тоже не было. У них остался лишь ущерб имуществу. Ко всему, мне всего лишь восемнадцать, я из уважаемой семьи и прежде не имел ни одного привода в полицию.

— Но та девушка в больнице. Она не выходит из комы. Как они упускают из вида такое?

— Они ничего не упускают. Они всего лишь меня не обвиняют. Я сказал, что девушка упала с лестницы. Она вбежала в дом и в темноте перепутала дверь. Когда она вошла в кому, и если, конечно, она выйдет из комы, (услышав это, Бадди содрогнулся) то ее слово прозвучит уже после моего. Добавим облегчающие обстоятельства. Знаешь, какие у меня облегчающие обстоятельства, Бадди? — Гарри снова передал ему бутылку.

Бадди сделал еще несколько глотков. Его тело будто бы начало уплывать, но сознание продолжало оставаться острым и ясным.

— Ну, вываливай, — Бадди уже предвкушал отвращение от рвотных спазм, которые начинались у него в животе.

— Если говорить об облегчающих обстоятельствах, то имеется в виду то, что у меня в кармане есть козырь. Козырь, который меняет все на свете. И, вероятно, всегда имеется какой-нибудь козырь, Бадди, а у меня он уже был еще до того, как мы вошли в тот дом.

Бадди знал, что Гарри ждет от него следующего вопроса, и Бадди его задал, говоря медленно и аккуратно:

— Что это за козырь, Гарри?