“Судьба причаровала моё сердце к чуждому, к врагу нашему... За что же Ты, Пречистая Божия Матерь, за какие грехи, за какие тяжкие преступления так неумолимо и беспощадно гонишь меня? Неужели для того, чтобы, умирая, я попрекала тебя, свирепая судьба моя, и Тебя, прости моё прегрешение, Святая Божия Матерь?”...

Какое трагическое сочетание и глубокой веры, и легкомысленного ропота...

Конечно, мы не исчерпали свойств польского народа; но отмеченные здесь свойства гонора и увлекаемости, несомненно, глубоко вкоренились в них: это признают сами они, как мы видели.

На этом и остановлюсь. Не буду говорить о их религиозности; не стану хвалить за горячую любовь к родине; не буду напоминать о хлебосольстве их; нельзя говорить и об их скупости: ею они не отличались; наоборот, многие паны прожили все свои имения на пирах и гостях: это тоже не светлое. Но мы говорим теперь о том, какие внутренние причины привели их к распаду; потому нам нужно не хвалить хорошее, а выяснять дурное, чтобы понять болезнью. […]

[1] 7 Работа печатается в сокращении по тексту книги митрополита Вениамина “Католики и католичество. Духовный лик Польши”. Москва, издательская группа “Скименъ”, издательство “Пренса”.

Сергей КУНЯЕВ • Неистовый Фатей (Наш современник N9 2004)

НЕИСТОВЫЙ  ФАТЕЙ

Вот уже десять лет, как нет с нами Фатея Яковлевича Шипунова, великого гражданина России.

Я помню его, неистового, страстного, горячего защитника извечного русского крестьянского уклада, непримиримого противника поворота вспять северных и сибирских рек, что грозило России грандиозной экологической катастрофой (ревнители этого поворота до сих пор не унялись, исподволь проталкивают эту русофобскую идею). Помню его выступления, собиравшие огромные аудитории, когда он неотразимыми логическими доводами разбивал в пух и прах все “обоснования” этого “проекта”, всяческих березнеров и заславских, яростно громил авторов теории “неперспективных” деревень.

— Назвали традиционную Россию — Нечерноземьем, да еще “зоной”! Это что ж за нация такая — “нечернозёмцы”?! — Его гневу просто не было предела.

Книга “Великая замятня”, полностью опубликованная на страницах “Нашего современника” в конце 80-х годов, рисовала перед потрясенными читателями трагическую картину разрушения мира русской деревни, русского деревенского космоса, единственного и неповторимого в мировой истории.

“…Нравственность незримыми путями распространялась от мира человека к миру животных и растений, от которых получала в свою очередь ответную реакцию. В нравственный мир человека включался мир сродных живых существ, которых он нарекал по именам, давал им смысл существования. Но в основе этого явления лежала любовь, которая была многогранна и всеобъемлюща: к отцам и дедам — к прошлому, к детям — будущему, к родителям — настоящему, к земле с ее животными и растениями — своей второй живой половине. Вот почему земля являлась не столь поприщем, сколько детищем крестьянина”.