Военные эксперты США определяют информационно-психологическое оружие как “нелетальное оружие массового поражения”, способное обеспечить решающее стратегическое преимущество над потенциальным противником. Его главное преимущество над остальными средствами поражения состоит в том, что оно не подпадает под принятое международными нормами понятие агрессии.

Вот как определяет информационную войну директор информационных сил министерства обороны США: “Информационная война состоит из действий, предпринимаемых для достижения информационного превосходства в обес­печении национальной военной стратегии путем воздействия на информацию и информационные системы противника с одновременной защитой и укреп­лением нашей собственной информации и информационных систем. Инфор­мационная война представляет собой всеобъемлющую, целостную стратегию, призванную отдать должное значимости и ценности информации в вопросах командования и управления вооруженными силами и реализации нацио­нальной политики”**.

В 1996 г. в США создана президентская комиссия по защите критической инфраструктуры, которая призвана разрабатывать наступательные планы информационных войн. В ЦРУ появились Группа критических технологий и Отдел транснациональных проблем, где внимательно анализируется вся информация стратегического характера, поступающая из-за рубежа. В министерстве обороны США организовано Бюро стратегического влияния, в задачу которого входит обеспечение “позитивного восприятия” во всем мире внешней политики и военных операций США.

Традиционная геополитика сильно “отстала” в средствах своего научного и прикладного анализа от стремительного развития высоких технологий, которые сегодня определяют развитие любой науки. Если раньше стратегическое значение имели военная разведка и контрразведка, то сегодня — анализ информационных потоков, среди которых важно своевременно выявлять и разоб­лачать агрессивные разрушительные информационные фантомы. Инфор­мационная революция давно перевела понятие “поле боя” в понятие “боевое пространство”, куда помимо традиционных целей поражения давно уже включены и виртуальные — эмоции, восприятие и психика противника.

Информационный фантом под названием “борьба с терроризмом” — один из главных стратегических мифов США, с помощью которого сегодня ведется геополитический передел мира. Найдется ли хотя бы одна страна, которая может гарантировать своим гражданам мирное будущее в условиях угрозы терроризма?

Давно пора закрепить в международных нормах понятие “информационной агрессии” наряду с другими важными категорями информационного общества. Сегодня уже очевидно, что одной из главных задач международных миротвор­ческих организаций являются своевременные акции, призванные разоблачать информационную агрессию, если она способна привести к разжиганию любых конфликтов — конфессиональных, этнонациональных, территориальных, культурных, военных.

В структуре Совета Безопасности ООН должны появиться и Комиссия по защите критической инфраструктуры мира, и Группа критических контр­технологий, призванные обезопасить мировое информационное пространство от всех видов информационной агрессии. Совершенно очевидно, что защитить современного человека от информационной агрессии могут только соответст­вующие технологии. Они не так уж и сложны. Давайте попробуем?

Если дать точное правовое определение понятия “терроризм”, то мы получим категорию, с помощью которой сможем достаточно точно определить все акты, которые подпадают под это определение. Итак, терроризм — это политическая борьба, осуществляемая путем применения незаконных насиль­ст­венных мер, вплоть до физического уничтожения. Если эксперты ООН согласятся с таким определением, то тогда террористом окажется не только бен Ладен, но и все те, кто пытается его уничтожить с помощью применения неза­конных насильственных действий.

Международному сообществу сегодня необходимо единое видение наиболее острых и взрывоопасных проблем современности. Иначе информа­ционные войны способны разрушить самое главное достояние человечества — его положительные эмоции, целостное восприятие и здоровую психику. Мы сегодня как никогда близко подошли к воплощению в жизнь оруэлловской антиутопии, в которой задачей Министерства Правды была пропаганда лозунга “Мир — это война”.

Анатолий Грешневиков • Как выпрямляются колокольни (Наш современник N6 2003)

Анатолий ГРЕШНЕВИКОВ

КАК ВЫПРЯМЛЯЮТСЯ

КОЛОКОЛЬНИ