Читаем Нарушитель правил полностью

Я положила ладонь ему на руку, желая помочь решить конфликт. Его родители – просто идиоты, раз не видят, какой у них замечательный сын, вне зависимости от его служебных обязанностей.

– Мы попробуем еще. Сегодня все прошло не так уж плохо.

Он покачал головой.

– Это точно самая необычная вечеринка по случаю Хэллоуина, на которой мне приходилось бывать. Хотя мне жаль, что ты не успела попробовать ничего на столе десертов и не была на танцполе.

При упоминании стола десертов я сузила глаза, глядя на него.

– Я сейчас буду предельно честна. Если бы я знала о столе десертов, ты не смог бы вытащить меня из этого дома даже при помощи целой футбольной команды. Но от танцпола откажусь.

– Почему?

– Я не знаю, как танцевать медленные танцы.

Он вскинул брови.

– Ты преподаешь танцевальный фитнес.

– Да, но это ведь целенаправленные, хореографические движения. Медленные танцы неловкие. Куда смотреть? Что делать с руками? Как правильно вычислить расстояние, которое бы говорило, что ты стараешься, но ты не заинтересована в том, чтобы тереться о партнера на танцполе?

Сорен засмеялся и перестроился, чтобы обойти медленную машину.

– Дай угадаю. Ты не ходила на выпускной.

Я самодовольно улыбнулась.

– Я ходила на выпускной, к твоему сведению. Все прошло ужасно, но я была там с прической и в платье. – Я сделала непонятное движение в районе головы и вздрогнула, только частично притворяясь. – Партнер был хреновый, как-то так. Больше такое переживать не хочется.

– Что он сделал?

Опасность в его голосе просочилась в мое тело, нервные окончания всполошились.

По коже пробежали мурашки, и я взглянула на него в плохо освещенном пространстве.

– Ничего драматичного. Оказалось, я была нужна ему только ради грандиозного появления. Он хотел заставить свою бывшую ревновать, и у него это получилось. Мы не продержались даже одну песню. Так что, нет. Я не фанатка медленных танцев.

Сорен тихо выругался и включил поворотник. Нахмурившись, я оглядела окружающий нас темный лес, освещаемый только светом фар. В обычной ситуации я бы переживала, что меня могут убить, но я верила, что Сорен такой ерунды не выкинет. Но, помимо этого, я не могла соединить воедино то, что только что рассказала ему, и его внезапную яростную необходимость остановить пикап.

Скрестив руки, я ждала. Сорен припарковался в одном из карманов и нашел медленную песню на радио. Он казался почти злым, но мягко обошелся со своей машиной, когда вышел и обогнул ее к моей стороне.

Дверь открылась, он стоял рядом в тусклом свете луны с протянутой рукой. Прохладный ветер трепал юбку моего милого маленького платья, и я уже сбросила обувь. Знала бы я, что придется отправляться в несколько дорожных приключений, обула бы что-нибудь поустойчивее.

Замерзшая и босоногая, я задержала взгляд на его руке и медленно подняла взгляд, встречаясь с его глазами.

– Что ты делаешь?

– Исправляю ошибку.

– Мне не нужна твоя жалость.

– То, что я к тебе чувствую – вовсе не жалость. Вылезай из машины, Ви.

Несмотря на логическую часть меня, призывающую воспользоваться силой воли, я протянула руку и позволила ему вытащить меня на землю. Сорен сделал два шага назад и притянул меня к себе. Его рука обняла меня за талию, держа так близко, что я поняла: он явно не испытывает ко мне жалость.

Сорен осторожно покачивался со мной из стороны в сторону, не наступая на ноги. Я вздрогнула, и его рука напряглась, а потом на секунду отпустила, натянув на меня края пиджака.

– Лучше?

На удивление, стало лучше. Под пиджаком я обвила Сорена свободной рукой и прижалась к его теплу. Я потянула вторую руку, но он отказался отпускать ее, вместо этого прижав к своей груди.

– Расслабься, Ви. Позволь мне хоть раз сделать что-то для тебя.

Я кивнула, неспособная разговаривать с застрявшим в горле комом. Он наклонил голову, и мои волосы запутались в его щетине. Мое сердце перевернулось, когда он стал тихо напевать слова песни мне на ухо. Как я должна была держаться от него на расстоянии, когда он творил такие вещи?

Мои глаза закрылись, и я сдалась всего на мгновение.

Песня закончилась, но ни один из нас не сдвинулся с места. Кожа казалась наэлектризованной, словно одно касание сожжет меня… или его. Рука Сорена скользнула со спины по моему боку через грудь к горлу. Он подцепил мой подбородок большим пальцем, но я не открыла глаза, даже когда он коснулся моего лба своим.

– Я знаю, мне не стоит, но я тебя поцелую. Если только ты попросишь этого не делать.

Я балансировала на грани искушения. Крошечная часть меня кричала о том, что Сорен мог выбрать почти любую девушку, но выбрал меня, потому что я удобная. Он хотел поцеловать меня только потому, что ему это было запрещено.

Но Сорен не такой. Я видела достаточно настоящего Сорена, чтобы знать, что он не рискует, не рассчитав последствия. Запреты, может, его и привлекают, но не настолько, чтобы разменивать свое будущее. Что до удобства: ему предоставлялось множество возможностей воспользоваться ситуацией. Он испытывал такой же глубоко пустивший корни голод, как и я.

Крошечная улыбка сформировалась на моих губах.