Читаем Наравне? (СИ) полностью

Сейчас мы сидели у окна того же минимаркета, в зоне, где покупатели могли съесть купленное, плечом к плечу, старательно делая вид, что все в порядке. Разумеется, это было не так — полагаю, имей моя нервная система собственную персонификацию, выглядела бы она просто ужасно. Пока внешне я мирно потягивала лапшу, то внутренне была вся на взводе, готовясь шарахаться даже от шуршания пакета под ногами, который сама же туда поставила. Говорить не хотелось от слова совсем, я слишком боялась оговориться о своих чувствах. Настолько, что, когда порция начала подходить к концу, я всерьез задумалась о том, чтобы открыть еще одну.

Все, что угодно, лишь бы не начинать разговор.

— Виктория, — ну только подумала об этом, как тут же он взял первое слово на себя. Я что, шутка для всевышних или да? — что-то случилось, пока мы не виделись? Ты выглядишь подавленной.

Ага, своими собственными заблуждениями насчет других.

— Просто нервничаю из-за начала нового года. Ощущение, что все придется проходить сначала, хотя это даже не второй год преподавания, — пришлось отговориться с другой причиной, которая, хоть и была правдой, но на фоне остального не беспокоила так сильно. — Даже отвлечься не получается, все равно мысли возвращаются к этому, — а здесь чистая правда — если на чем-то зацикливаюсь, то это не проходит минимум пару недель. Чертов механизм гиперфиксации. Только тема немного иная, чем та, что была озвучена.

Вон, сидит, о чем-то задумавшись, в периферии взгляда.

— … Тебе, случаем, не звонила недавно Роза?

Нифига себе точность. Это меня настолько легко прочесть, или от Розы ожидаемо, что она бы поделилась такой новостью со мной?

— Да, — я решила не скрывать этот факт — одно дело недоговаривать, совершенно иное — врать об этом. И если первое иногда с горем пополам удавалось, то во втором я была просто отвратительна. — После ее рассказа я аж пожалела, что отказалась пойти с ней и ее коллегой тогда — на тот момент мне казалось, что найденный наконец-то адекватный сериал на китайском стоил больше попытки социализироваться. А я-то гадала, в чем заключался ее сюрприз, который б я точно надолго запомнила…

Может, стоило таки думать над тем, что говорить, и таки упустить последнюю часть, а не, как обычно, высказывать все подряд?

Вин замолчал, обдумывая услышанное и, видимо, пытаясь понять по моим словам, что мне известно, а я не стала продолжать или даже оправдываться, как обычно. Тишину между нами разбавляло лишь пиканье кассы или негромкие разговоры продавца на заднем фоне.

И ни одного звука, исходящего от нас.

— Ты… из-за чего-то обиделась?

Ну нет, только не в такой формулировке, пожалуйста.

— Ни в коем случае! — тут же отозвалась я, возможно, чересчур явно. Возможно, не все, но пара человек точно обернулась в нашу сторону из-за этого. — На что я могу обижаться, ну правда? — продолжила уже тише, возвращаясь к прежней громкости. — Это ваши с Розой личные дела, что бы она не рассказывала мне — я не могу никому из вас указывать, как к кому относиться и как поступать. Я всего лишь… — вздохнула, пытаясь найти наиболее приемлемую причину, чтобы она звучала правдиво и не вызывала лишней причины копаться в этом деле дальше, — переосмыслила для себя вновь, что отношения — весьма субъективная штука, и пока ты трактуешь действия в одном ключе, для другого они имеют совершенно иное значение.

К примеру, пока один держит на личном номере только один контакт, ты держишь его номер в списке экстренных пользователей, которым доверишь свою жизнь, если вдруг что случится. Не то, чтобы это хоть когда-то потребовалось на практике, но это больше вопрос отношения.

Пока я мысленно довершала картину высказанных чувств, то не особо обращала внимание на собеседника, который уже явно составил свое впечатление — без понятия, насколько близкое к реальности — и улыбался про себя. Когда я наконец пришла в себя и таки обратила внимание на внешний мир, первое ощущение от его выражение выражало…

Довольство?

Это опять мои глюки, или ему действительно понравились те выводы, к которым он пришел?

— Хм? — до этого смотря вперед, опираясь подбородком на соединенные руки, теперь он повернулся ко мне. Подсознательно чувствуя грядущий подвох, я чуть было не отстранилась, только чудом удерживая себя на месте. При нарастающем желании выбежать из магазина в ту же секунду — достижение немалых масштабов. — Тогда, если я правильно понял, дело в этом. Поправь меня, если я где-то ошибусь.

И тут же на одном дыхании произнес цифры моего номера.

— … Ч-ч-читерство! — едва сдерживая крик, сдавленно проговорила я, не зная, куда себя деть. Желание сбежать все возрастало, но тело, напротив, одеревенело. И, походу, приросло к стулу. — С твоей памятью ничего не стоит запомнить его за пару минут, не говоря уже за то, краткосрочное это воспоминание или долгосрочное.

Ой, кажется, я перегнула палку с последним аргументом. Уже приготовившись отступить и извиниться, я заметила, как Вин зачем-то достал бумажник, вытаскивая оттуда какой-то клочок бумаги.

Минуточку…

Минуточки тут явно не хватит!