– Ты же знаешь, как я хочу, – сказала она, переводя разговор на совсем другой предмет, и засмеялась беспечно. Ее руки скользнули по его телу, пальцы пробежали по груди, животу. Потом она встала на колени, шелк ее волос потек вниз, щекоча и возбуждая, упал на его бедра. Он обеими руками сжал ее голову, закрыл глаза, притянул к себе.

Отдышавшись, Елизаров сел. Ромка лежала рядом, закрыв глаза и улыбаясь.

– Ты знаешь, – сказала она тихо, словно в дреме, – я тебя люблю… По-настоящему. Ты такой свежий, крепкий, чистый…

– Ага, – проговорил Елизаров лениво и протянул руку к брюкам, которые лежали рядом. Нащупал в кармане нож.

Лезвие выскочило почти бесшумно. Ухватив рукоять поплотнее, как показывал Клык, он резко размахнулся и вонзил острие под левую грудь Ромки, которую еще мгновение назад гладил ладонью…

Выдернув нож, Елизаров два раза воткнул его в песок, очищая от крови, потом собрал вещи и вернулся к костру. Клык, сидевший на раскладной скамеечке, надевал на шампуры маринованное мясо: они доедали кабанчика. Увидев сержанта, Клыков вопросительно вскинул брови. Елизаров утвердительно кивнул.

– Молоток, – сказал Клыков одобрительно и громко крикнул: – Иван Софронович! Будь добр, займись бабой! Ей что-то поплошало…

В тот вечер Елизаров положил в карман пачку в полсотни сторублевых купюр – аванс Кесояна в счет предстоявшего дела.

Спустя два дня в Кизимов на имя технического распорядителя малого предприятия «Экомастер» пришло заказное письмо:

«Подготовка и заключение сделки полностью предоставлены вашей самостоятельности. За 32 часа до подписания документов сделайте звонок по известному вам телефону. Спросите Мухина. Если последует ответ: “Вы ошиблись номером”, подписание документов отложите до выяснения обстоятельств. Если ответ будет: “Мухин вышел”, права на окончательное решение судьбы сделки лежит на вас, и препятствия к ее заключению могут быть только местные. В случае переноса срока подписания необходимо повторить звонок по тому же телефону, на тех же условиях. Грачев».

7. Ракетно-техническая база «Буран»

Базу лихорадило: из Москвы прибыла представительная комиссия. Начальник базы полковник Лосев, окруженный замами, встретил руководителя инспекционной группы генерал-майора Студенцова у трапа вертолета. Вскинул руку к фуражке и, представившись, сделал счастливое лицо.

– С благополучным прибытием, товарищ генерал. Рады вас видеть!

Лицо Студенцова, розовое, чисто выбритое, было пересечено глубокими морщинами, как среднерусская равнина оврагами. Под салазками мощных челюстей по бульдожьи висели пласты дряблой кожи.

– Так уж и рады? Разреши не поверить. Вот пообщиплем вам перья, тогда заговоришь иначе.

Полковник почтительно вытянулся и качнул головой:

– Не найдете.

– Что именно? Недостатки?

– Перья. Их с нас давно общипали.

– Молодец, – похвалил генерал. – Еще и шутишь. Не люблю паникеров. К инспекции готовился?

– По второму варианту, товарищ генерал, – вступил в разговор начальник штаба.

– Что это? – спросил генерал с подозрением. – Как понять?

– Анекдот, – охотно объяснил Лосев. – Приезжает в царское время генерал инспектировать войска. Подходит к пехотному полку. Навстречу полковник. Рапортует: «Господин генерал! Арзамасский пехотный полк для инспектирования построен». Генерал метнул взгляд и говорит: «Строевая выучка слабая. На левом фланге вижу шевеление». И перешел к кавалерии. Навстречу другой полковник: «Господин генерал! Нижегородский драгунский полк для смотра построен. – И тут же, чуть тише: – Есть гусь жареный и четверть водки». Генерал оглядел строй, поправил усы и поздоровался: «Здравствуйте, славные драгуны-молодцы!»

Все весело засмеялись.

– Было время, – сказал генерал мечтательно. – Гуси водились…

Полковник Лосев тоном радушного хозяина сразу предложил:

– Может, позавтракаете с дороги? Как раз вчера гуся и подстрелили. – И смущенно, словно чего-то стесняясь, добавил: – Так и тянет обратиться: «Господа офицеры».

– А ты не стесняйся, – вежливо поддержал его Студенцов. – Мы не гордые, стерпим.

Все засмеялись снова, на этот раз еще раскованнее, чем минуту назад.

– На субботу и воскресенье, господа офицеры, – осмелел Лосев, – подготовлены рыбалка и охота. По желанию.

– Где охота? – спросил генерал.

– В заказнике.

– Он же был партийный, обкомовский. Разве не закрыли?

– К чему? – удивился Лосев. – Нынешние вожди ружьишком побаловаться себе не запрещают. Лишили партаппарат незаконных привилегий. Себе их установили законом. И все.