Читаем Налетчики полностью

Наступила весна. Вечером 26 апреля, как сообщили "Вечерние известия Московского Совета", один из сотрудников МЧК заметил проезжавшего мимо Большого театра на извозчике известного бандита по кличке Капитан - одного из руководителей шайки Сабана. Когда сотрудник попытался его задержать, бандит соскочил с извозчика, бросил бомбу, которая хоть и взорвалась, но никому не навредила, и убежал. На выручку поспешили милиционеры с других постов, дело происходило в центре. Бежать Капитану особо было некуда, он рванулся к дверям Большого театра. Тотчас выходы из Большого театра были перекрыты милицией. И в результате Капитана схватили и препроводили в МЧК для допроса.

Это была большая потеря для Сабана. С Капитаном его связывала и организация банды, и подбор ее членов, и подготовка налетов. Капитан был проверенным человеком, на него Сабан полагался, как на самого себя. И вот опытный малый допустил такую оплошность- появился в людном месте, где его узнали и схватили. А если он начнет давать показания...

Сабан решил на время скрыться из Москвы. Он отправился в небольшой городок Лебедянь Липецкой области к родственникам, думал отлежаться, отдохнуть, а вышло по-другому. Трудно сказать, что произошло между Сабаном и его родными. Возможно, его хотели выдать, возможно, просили уехать, исчезнуть - кровавый след, тянувшийся за ним, мог привести московских милиционеров и в Лебедянь. Его пребывание становилось опасным. Короче, возникла ссора, перешедшая в потасовку. Сабан, всегда отличавшийся жестокостью, на этот раз превзошел себя. Он перерезал всю семью своей родной сестры, состоявшую из восьми человек. Не пожалел даже детей. Такое преступление не могло остаться не замеченным. Из дома доносились крики, шум. Сабана схватили соседи и вывели на улицу, появились представители власти. Жители настаивали на казни изувера прилюдно и в тот же час. И хотя милиция требовала все выполнить по закону, отправить убийцу сперва за решетку, разобраться, - разбушевавшийся народ от своего не отступал. Сопротивление милиции было сломлено. Сабана убили, его буквально растоптали.

Однако, несмотря на гибель вожака, банда не распалась и, возглавляемая теперь бывшим каторжником Павлом Морозовым по кличке Паша Новодеревенский, продолжала свое кровавое ремесло. Но о деяниях этой банды - особый рассказ.

СОЮЗ ГУСЕКА И АЙДАТИ

(1918-1919)

Иван Гусев, по кличке Гусек, старый вор-рецидевист прежней, дореволюционной закалки, в своей среде был человек уважаемый. За ним числились наиболее удачные ограбления по Москве и ее окрестностям. К его слову прислушивались и опытные, и начинающие. Но, освободившись из мест не столь отдаленных, промышлять прежними кражами Гусек, на что его уговаривали собратья по общему делу, уже не захотел. И возраст не тот, и приобретенный авторитет не позволял, и ситуация в стране изменилась. Да, непонятная ситуация в стране многих поставила перед вопросом: чем заняться? Для профессионального вора не было проблемы: конечно, пощипать толстосумов. Но их по пальцам можно было пересчитать, и все они оказались уже под прицелом. Пересекать же дорогу своим считалось делом негодным.

Гусев недолго размышлял, помог случай. На одной воровской сходке он познакомился с Николаем Дмитриевым, который еще по царской уголовной картотеке проходил под фамилией Орлов, Владимир Иванович. Разговорились по душам и выяснилось, что Орлов и при царской власти крал обильно и часто, и при Советской не собирается бросать это доходное дело, и получил воровскую кличку Айдати, которая произошла от сочетания "ай да", то есть "пойдем" по-татарски или "давай" по-русски, и называл себя командиром третьего Татарского мотострелкового полка. В общем, личность именитая.

Айдати понравился Гусеку и своей статью, и татарской хитростью, и военным "образованием": у него имелись при себе разные военные документы, бланки, печати, которые годились на все случаи жизни. Для не очень-то грамотных воров типа Гусека и его подопечных Айдати был просто находкой. Кроме того, Айдати располагал и автомобилями, на которых он чинно разъезжал по городу, а постовые милиционеры отдавали честь человеку за рулем в военной форме. Автомобиль в то время был большой диковинкой, никаких правил дорожного движения, по сути, еще не существовало.

Короче, его техника и все печати позволили членам банды, а со временем их стало уже тринадцать человек, получить различные ксивы, дававшие им право на арест, на обыск, на ношение оружия, заглядывать в разные государственные учреждения и раскатывать по городу в поисках нужных объектов. Так что знакомство Гусека и Айдати имело пользу для обоих: воровской опыт сочетался с военной и технической организацией.