Мощный рев мотора оборвал мою гневную тираду. Черный тюнингованный джип на огромных шипованных колесах лихо притормозил на парковке. Обе дверцы распахнулись. С одной стороны из автомобиля выбрался Эд, а с другой выпорхнула каскадерша Аня. Их тут же обступили коллеги. Шумно вздохнула, обнаружив, как брюнетка в коротком платье-тельняшке буквально повисла у Бесова на плече. Эдик расслабленно улыбался, переговариваясь с помощником режиссера.

– Лина, твоя очередь. Пойдешь танцевать на корабле? – тонкий голос подруги вернул к действительности.

– Да! – согласилась, поднимая большие пальцы вверх.

* * *

Я поднялась по ступеням, спешно забираясь на палубу. Администраторша в костюме морской дьяволицы указала на небольшой помост на корме. Дыхание замедлилось, стоило обнаружить там шест. В эту секунду я уже жалела о столь поспешном решении. Что это за танцы? Кто вообще это придумал? И ради чего я, собственно, буду позориться перед всем честным народом?

Музыка резко оборвалась. На побережье образовалась странная оглушающая тишина. Секунда, и она сменилась нетерпеливыми аплодисментами.

– Лина!

– Лин-а-а-а!

– АНГЕЛИНА!

Десятки оценивающих пар глаз уставились прямо на меня. Судорога сладостного предвкушения пронеслась от ногтей до кончиков волос. Я попала в ловушку зрительского внимания и задышала чаще. Выпитые коктейли ударили в голову. Плавно провела пальцами по волосам, упираясь задницей в деревянный шест.

И тут я увидела его.

В дырявой майке с черепом и тесных черных штанах, перетянутых грубым кожаным ремнем, Эдик выглядел как матерый пират. Йо-хо-хо и бутылка рома! Не хватало только говорящего попугая на правом плече. Мужчина был единственным, кто полностью игнорировал мое восхождение к шесту. Сосед как ни в чем не бывало разговаривал с Аней.

Какого черта он творит? Мы же вчера всё решили? Одна неделя. Курортный роман, будь он неладен! А потом расходимся, как в море корабли. Почему же тогда не обращает на меня никакого внимания?!

Музыка поглотила раздражение. Я стала покручивать бедрами, отдаваясь танцу целиком. Восхищенные взгляды мужчин воспламенили каждую клеточку тела: опускалась, прогибаясь в спине, словно кошка, разводила бедра, карабкаясь по шесту вверх.

Мельком перевела взгляд на Эда, ощутив, как всё вокруг расплывается, превращаясь в белый шум. Он смотрел в упор, поглаживая подбородок пальцами. Такой красивый, что стало трудно дышать…

Кажется, Аня потянула его за плечо. Внутренности сковало от неконтролируемой ревности. Хотелось накинуться на неё с кулаками!

– Он мой. М-о-о-о-й! – шептала трясущимися губами, продолжая тереться бедрами о раскаленную деревяшку. В трусиках стало очень тепло. Бес продолжал поглощать меня потемневшим взглядом. – О да! Так! – невинно улыбнулась, сдернув с волос шелковую ленту.

Я стала водить клочком ткани по шее, медленно спускаясь к ключицам, и, наконец, скользнула в ложбинку между грудей. Губы Беса растянулись в невозможной улыбке. Она была настолько заразительной, что я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться в ответ. Тем не менее отбросила ленту в сторону, стягивая резинку с хвоста. Тяжелые золотистые пряди рассыпались по плечам. Энергично тряхнула головой, так, что волосы разлетелись в разные стороны. Бедра ерзали по шесту, дыхание сбилось, а груди загрубели настолько, что хотелось поскорее избавиться от топа.

В меня словно бес вселился…

Танцевала только для одного мужчины и уже была близка к помешательству. Эд кивнул, не отрываясь от меня. Наши ненормальные взгляды ели друг друга, вели собственный диалог. Осознание происходящего обрушилось, как снежная лавина. Я провела указательным пальцем по губам, впервые в жизни испугавшись своих чувств…

Песня закончилась, и мне пришлось покинуть корму пиратского корабля.

– Геля, ты лучшая! Это несомненно! – сверкая хмельной улыбкой, восхищалась Оля.

Повернула голову туда, где только что находился Эд, но его как ветром сдуло. Я выхватила у подруги фужер с едко-розовой жидкостью, втягивая носом клубничные пузырьки. После танца во рту пересохло. Недолго думая, залпом осушила бокал.

– Гулять, так гулять, – беспечно помахала официанту, который проходил мимо с полным подносом розовых коктейлей.

Мы с Олей расхохотались, чокаясь новой порцией алкогольного угощения.

POV. Эдуард

Я остановился у Ангелины за спиной, подмигивая Молли, чтобы та смылась. Прижался а-ля Дракула, закрывая дерзкой пиратке глаза. Лина вздрогнула, сведя лопатки вместе. Коснулся щекой взмокшей шеи, принимаясь дразнить нежную кожу традиционной небритостью.

– Не буди лихо, пока оно тихо. – Оттянул мочку зубами, и девчонка по-кошачьи изогнулась.

После её безумного танца наш план находился под угрозой срыва: звероящер забил неисправимого романтика. Увы. Яйца распирало от пульсирующего желания, мурашки внизу живота устроили канкан. Лина разворошила улей с дикими пчёлами – от желания обладать ею дышать было трудно. И так всякий раз. Ведь невозможно контролировать истинные чувства. Они берут за горло, душат, лишают возможности соображать…