Читаем Наказание — смерть полностью

– Нет, нет! Я хочу говорить! Я должна это сделать ра­ди Таджа. Он бы хотел… Где Джилли? Где моя девочка?

– Я… э-э-э…

Ева снова почувствовала, как у нее взмокли ладони, и беспомощно показала на корзину.

– О! – Пэтси вытерла мокрое от слез лицо и нашла в себе силы улыбнуться. – Она у меня такая красавица, правда? И очень спокойная. Мне нужно уложить ее в кро­ватку.

– Сиди, Пэтси, я сам ее уложу. – Клуни поднялся с дивана. – А ты пока поговори с лейтенантом. – Он бро­сил в сторону Евы взгляд, полный печали и понимания. – Тадж бы решил именно так. Может, вызвать кого-ни­будь – твою сестру, например?

Пэтси судорожно вздохнула.

– Да, Арт, позвони ей, пожалуйста. Позвони Карле.

– Я уложу малышку, а капитан Рот позвонит твоей се­стре. Хорошо, капитан?

Рот сжала зубы. Было видно, что она колеблется. «Ни­чего удивительного, – подумала Ева. – В этой комнате сейчас главный Клуни, а капитан – не из тех людей, кото­рые привыкли выполнять приказы своих подчиненных».

– Да, конечно, – наконец решилась она и, бросив на Еву предупреждающий взгляд, встала и вышла в сосед­нюю комнату.

– Вы работаете в том же отделе, что и Тадж? – спро­сила Пэтси.

– Нет, в другом.

– Ах, ну да, конечно. Вы, должно быть, из отдела по расследованию убийств…

Только что Пэтси находилась на грани нервного сры­ва, она заикалась, и слова толчками выходили из ее горла. Теперь же Ева с восхищением наблюдала, как за считанные секунды женщина собралась и взяла себя в руки.

– Что вы хотите узнать?

– Вы не начали волноваться, когда сегодня утром ваш муж не вернулся домой?

– Нет. – Пэтси оперлась на ручку дивана и медленно опустилась на подушки. – Тадж еще накануне предупре­дил меня о том, что задержится после закрытия клуба – он нередко так поступал. И еще Тадж сказал мне, что дол­жен с кем-то встретиться.

– С кем именно?

– Он не сказал. Сообщил только о том, что у него на­значена встреча.

– Вам не приходит на ум, кто мог желать ему зла, мис­сис Коли?

– Он был полицейским, – просто ответила женщи­на. – Разве вы не знаете людей, которые могут желать вам зла, лейтенант?

«Да, пожалуй», – подумала Ева и кивнула.

– А кого-нибудь конкретно можете назвать? Кого-то, чье имя он упоминал?

– Пожалуй, нет. Тадж вообще не любил говорить со мной о работе. Это было его принципом. По долгу службы ему приходилось иметь дело с разными подонками, и он не хотел разговорами о них пачкать свою семью. Однако вчера он был встревожен.

Пэтси сложила руки на коленях и опустила голову. Еве бросилось в глаза широкое золотое обручальное кольцо.

– Я видела, что он чем-то обеспокоен, и спросила его об этом, однако он только отмахнулся. В этом был весь Тадж. – Пэтси слабо улыбнулась. – Некоторые люди ска­зали бы, что он привык командовать в доме, но… просто он был таким, вот и все. Во многих отношениях он был весьма старомоден. Но Тадж был прекрасным человеком, великолепным отцом и очень любил свою работу. – Жен­щина плотно сжала губы, помолчала и продолжила: – Он был готов погибнуть, выполняя свой долг; он даже гор­дился бы этим. Но не так, не так! У него даже это отобра­ли. А его самого отобрали у меня и у детей. Как такое мог­ло случиться, лейтенант?! Кто мог это сделать?

У Евы не было ответов. Она лишь могла задавать все новые и новые вопросы.

– Ужасно! – выдохнула Пибоди.

– Да. – Ева резко тронула машину и отъехала от тро­туара. Она чувствовала, как ее пригибает огромное горе, воцарившееся в квартире Коли, словно частицу его она унесла с собой. – Но Пэтси справится – хотя бы ради де­тей. Она сильная женщина.

– А детишки у нее и впрямь замечательные. Парниш­ка – просто чудо! Расколол меня на соевый хот-дог, три шоколадных батончика и сладкую вату.

– Я думаю, ему недолго пришлось тебя упрашивать. Любишь детей?

Пибоди улыбнулась.

– У меня племянник примерно такого возраста.

– У тебя, по-моему, есть племянники любых возрас­тов.

– Ну, не совсем, но почти.

– Слушай, Пибоди, можешь ты, основываясь на сво­ем богатом опыте внутрисемейных отношений, растолко­вать мне одну вещь? Вот, допустим, живет семья – хоро­шая, дружная, крепкая: муж, жена, чудесные детишки. Так почему жена, которая является становым хребтом и моз­гом семьи, не знает ровным счетом ничего о работе мужа? О его повседневных делах, о том, что его тревожит.

– Возможно, он просто предпочитает, возвращаясь домой, оставлять работу за дверью.

– Нет, эта версия меня не вдохновляет. Если ты с кем-то живешь, ты должен знать, о чем думает, чем занимается этот человек. Пэтси говорит, что муж был чем-то обеспо­коен, но она даже не попыталась выяснить, чем имен­но. – Ева притормозила на оживленном перекрестке, на­морщила лоб и покачала головой, – Нет, я этого не понимаю!

– Просто у вас с Рорком иная супружеская динамика.

– А это что еще за чертовщина?