Читаем Наемник полностью

Война до сих пор обходила эти места стороной — сперва имперцы наступали, затем вроде как отступили, но войска Лиги все не приходили, и большинство жителей до последнего оставались на насиженных местах, надеясь на авось да Эйбрен-заступницу. Зато теперь бежали все. Бежали, бросая всё, что можно бросить, и всё равно не успевали уйти от стремительных конных разъездов, шнырявших далеко впереди главных сил. А вслед за конницей приходила пехота, методично подчищая всё, что пропустили легконогие всадники. В нашем обозе вновь прибавилось повозок, а позади колонны фургонов пылила, вкусно блея и мыча, свеженабранная "мясная баталия". Солдаты весело зубоскалили, хвастаясь немудреной добычей и прикидывая: за сколько можно будет толкнуть трофейный скарб армейским маркитантам, когда представится такая возможность.

При этом нашим союзникам из Виннерда и Аместриса, замешкавшимся с выступлением на сутки, было совсем не до смеха. Их солдатам приходилось шагать буквально по выжженной земле — поживиться там, где прошли "мертвецы", не смог бы даже самый опытный мародер. Такая ситуация сохранялась четыре дня, а затем наш авангард достиг Тираслина.

Древний городок, бывший некогда эльфийским поселением, являлся личной вотчиной герцога и славился, прежде всего, живописными окрестностями с богатейшими охотничьими угодьями да целебными минеральными источниками. По этой причине здесь издревле располагались роскошные мраморные купальни и особняки местной аристократии, включая летний дворец Брейдига, а вот с кузнями, сахароварнями, скотобойнями и прочими сукновальнями, составляющими обычно основу городской экономики, как-то не сложилось. Как, впрочем, и со стенами. Те, что имелись, играли скорее декоративную роль и на полноценные оборонные сооружения никак не тянули. В мирное время безопасность жителей и гостей Тираслина обеспечивали традиционно квартирующая там пятая рота герцогской гвардии и легкоконный эскадрон. В более же суровые времена оборонять не имеющий военного значения городок никто и не собирался. Тем не менее, к моменту появления нашего авангарда ворота были закрыты, а над ажурным парапетом маячили шлемы немногочисленных защитников.

Бенно, взглянув на эти воинственные приготовления, только хмыкнул и велел готовить штурмовые лестницы. Но крайности не понадобились. Едва к стенам городка стянулись главные силы нашей армии, как с дозорной башни ударил гонг, а северные ворота Тираслина распахнулись, выпуская разряженную в пух и прах делегацию переговорщиков на подгибающихся от страха ногах. Жители города были наслышаны о наших "подвигах" в Гердаре и силы свои оценивали трезво, так что об условиях сдачи торговались не слишком долго.

На следующий день, когда передовые части виннерцев во главе с нетерпеливым Ронделлом догнали, наконец, наш арьергард, мы уже обобрали "Лесную жемчужину Стигии" до нитки и вовсю праздновали заслуженную победу в малом тронном зале герцогского дворца, беспощадно уничтожая винные запасы, заботливо накопленные Брейдигом и его многочисленными предшественниками.

В итоге Тираслин надолго стал основной базой армии Лиги. Соваться дальше в одиночку было бы слишком рискованно — кавалерийские дозоры уже в одном переходе от города сталкивались со своими имперскими коллегами. А организовать решительное наступление всеми силами никак не получалось. Маршал с принцем совещались чуть не каждый день, но договориться до чего-то конкретного, похоже, были неспособны чисто физически. Бенно, регулярно посещавший эти планерки, проходившие, как правило, в зале приемов разграбленного герцогского дворца, пытался было подбить союзников на продолжение хорошо зарекомендовавшей себя тактики опустошения территории и раздергивания вражеских сил, но из этой многообещающей затеи мало что вышло. Оба командующих с недавних пор относились к "серому барону" с явным подозрением и любое предложение воспринимали в штыки.

Совсем по-другому складывались отношения с командирами среднего звена. Среди наемников, составлявших примерно половину союзных армий, "мертвецы" и их командир были чрезвычайно популярны. Кое-кто, вроде Коннера и его "железнобоких", уже пересекался с ними раньше, остальные просто слышали про недавние успехи, а довершали дело слухи и солдатские байки, многократно раздувавшие размеры добычи, взятой в Гердаре и Тираслине. "Псы войны", хоть и не чужды корпоративной солидарности, все же превыше всего ценят талант и воинскую удачу. К успешным командирам и знаменитым отрядам всегда тянутся желающие погреться в лучах чужой славы. Акции "мертвецов" на негласной бирже солдат удачи котировались нынче необычайно высоко, а потому ничего удивительного не было в том, что в гости к нам, причем по самым разнообразным причинам, зачастили капитаны практически всех вольных отрядов.