Еще раз, но уже основательнее, заострю внимание на зависимости границ знания от определений. Так вот, еще в началах текущего исследования мною был описан процесс определения явлений. Его привлечение на нынешнем этапе позволит устранить заблуждение об априорном знании. Да, хотя само словосочетание «априорное знание» бессмысленно после всего мною сказанного ранее, все же я намерен подвергнуть анализу его подразумеваемый другими мыслителями референт (а это мне не помешает сделать бессмысленность выражения — его референт мним, благодаря чему он может быть рассмотрен вообще отдельно от термина). Возьмем следующий пример: все окулисты — это глазные врачи. Обращаясь к терминам, под глазными врачами мы понимает те же объекты окружающего мира, что и под окулистами. Обе части приведенного предложения взаимозаменяемы, по отношению друг к другу синонимичны. Это один из случаев определения одних и тех же явлений разными словами. Очевидно, что эта операция осмысленна исключительно в условиях соответствия языковых единиц некоторому элементу описываемой реальности, а поэтому предложению «все окулисты — это глазные врачи» равноценно предложение «все окулисты — это окулисты». Выходящие за границы всевозможных вариантов дескрипции вложенного в некое определение явления объекты к нему просто не относятся, а значит, что если какой-то объект не является глазным врачом — он попросту не окулист. При этом зная только истинное употребление определения «окулист» мы в то же время знаем и всех окулистов — такова сила универсалий. По итогу то, что именуется априорным знанием, в сущности есть лишь знание употребления универсалии.

О научных теориях в свете проблем индукции и дедукции

Проблемы индукции и дедукции заставляют взглянуть с новой стороны на положение научного знания. Все научные теории, не верифицированные опытом, суть гипотезы, являющие собой не знание, а лишь предположение. Между тем ясно, что из-за своей чрезмерной универсальности подавляющее большинство существующих теорий не могут быть верифицированы опытом в ближайшие времена, от чего пока мы можем довольствоваться исключительно их гипотетическим статусом, верно называя их лишь гипотезами. Соответственно, знания как такового у современной науки мало по сравнению с тем его иллюзорным количеством, которое представлялось нам в свете ошибки, состоящей в присуждении гипотезам статуса знания. Устранение этого заблуждения повлекло за собой осознание нашего неведения в отношении окружающего нас мира. Мною сказанное отодвигает границы в уровнях познания, выдвигает новые требования для утверждения научного знания.

Раздел третий

Об этике и эстетике

Глава девятая

Значение моральных определений

Моральные определения — это вид структурных единиц языка, а потому на них справедливо будут распространяться все доселе оглашенные мною требования к языковым единицам. Итак, столкнувшись с каким-либо явлением, индивид дает ему оценку, основанную на его реакции на это явление. Эта реакция предстает нам как совокупность биохимических процессов, которую можно охарактеризовать термином эмоция. То есть оценочное понятие является отражением реакции его высказывающего на явление, в отношении которого употребляется это понятие. Эта реакция суть частный случай информации о мире, передаваемой посредством языка — как явление она нашла свое отражение в определении, став его содержанием. Самыми явными примерами таких определений являются слова «хорошо» и «плохо»². Причем этими же терминами индивид может разграничить и непосредственно свои эмоции³ — они могут быть описаны, например, как плохие или хорошие эмоции. Этим самым он дает характеристику своей реакции на некоторое явление. Раздражители же разделяются на основе характера эмоций говорящего, с которыми они причинно связаны. Из этого ясно, что оценочные определения могут служить цели дескрипции как раздражителя, так и реакции на этот раздражитель. Общая форма оценочной дескрипции раздражителя выглядит следующим образом: явление А вызвало B эмоции у говорящего; а оценочной дескрипции реакции так: говорящий переживает А эмоции. Таков смысл моральных определений. Стоит отметить, что под реакцией может подразумеваться и любой модус эмоций — аффект, настроение, чувство (в связи с устройством этих явлений). Моральные определения демонстрируют нам еще один вид взаимодействия между субъектом, оперирующим языком, и объектом как предметом дескрипции.

Истина и ложь в рамках моральных высказываний