Смысл повествовательных предложений

Повествовательные предложения как определения имеют своим референтом то, о чем в них повествуется. Итак, например, предложение «Сегодня утром было солнечно» повествует о положении дел сегодняшнего утра, когда было солнечно.

Смысл вопросительных предложений

О каком же положении дел сказываются вопросительные предложения? По крайней мере мы знаем, когда вопросы бывают бессмысленными (не в отношении цели языка). Бесспорно, что всякий вопрос бессмыслен в том случае, если то, о чем вопрошается, уже известно вопрошающему. Задавая вопрос мы преследуем цель получить некоторое сведение о мире, нам пока неизвестное. Вопрос «Где здесь выход?» подразумевает отсутствие осведомленности у вопрошающего о местонахождении выхода. При этом очевидно, что этот вопрос не имеет места, если вопрошающий все же знает о расположении выхода. Таким образом, одним из условий осмысленности вопроса является отсутствие сведения у вопрошающего о том, о чем тот вопрошает. Однако наш опыт обыденности наводит нас на еще один признак бессмысленности вопроса: вопрос бессмыслен еще и тогда, когда то, о чем вопрошается, ложно. Например, в случае если кто-либо спрашивает: «Откуда современная наука знает, что закон всемирного тяготения и вправду является всемирным законом?» — мы имеем налицо бессмысленный вопрос, поскольку он содержит в себе ложь об осведомленности науки. А поскольку мы вопрошаем с намерением обрести еще неизвестную информацию о мире, а ложь не сказывается о том, что есть, — из вопроса о бессмысленном нельзя извлечь знание, что противоречит самой цели вопроса. Из этого всего следует, что еще одним условием осмысленности вопроса является осмысленность того, о чем вопрошается.

Однако каким образом все вышесказанное соотносится со смыслом конкретно языка? Как итогом из этого рассуждения можно вывести следующую форму вопросов: вопрошающий не осведомлен об А, где А — это информация о мире. Эта форма содержит в себе то положение дел, что является референтом вопросительных определений. Несоответствие этому положению дел ведет к бессмысленности определения с точки зрения смысла языка: если вопрошающий все же осведомлен о том, о чем вопрошает — мы имеем дело с ложью, противоречием содержанию указанной формы вопросительных определений; если бессмысленно то, о чем вопрошают — т. е. это нечто не является информацией о мире — это также не согласуется с формой.

Эту форму можно выразить и таким образом: вопрошающий не знает А. Но справедливость такого сведе́ния будет пояснена только позднее.

Смысл побудительных предложений

Соблюдая ту же схему мысли мы можем сказать и о смысле побудительных предложений. Итак, начав от обратного, аналогично есть несколько случаев, когда побуждение бессмысленно. Представим, что я прошу помочь мне, так-то при этом и не желая посторонней помощи. В недоумение приходят все те, кто ринулся мне на помощь, когда я говорю им, что вообще-то не нуждаюсь в помощи. Т. е. несомненно, что осмысленность побуждения нуждается в факторе потребности побуждающего в том, к чему он побуждает. Далее, еще одним условием бессмысленности побуждения предстает удовлетворенная потребность в том, к чему побуждается. Примером этого может быть ситуация, когда я побуждаю сделать то, что уже сделано и исчерпывает мою потребность. Это наводит нас на форму побудительных определений, которую можно представить так: побуждающий имеет потребность в А. Нежелание того, к чему побуждается — ложь в рамках этой формы, ведь в ней утверждается наличие потребности к предмету побуждения, а удовлетворенность потребности является ложью здесь потому, что форма своим содержанием как бы подразумевает неудовлетворённость.

Раздел второй

О знании

Глава пятая

Определение знания