Какое-то время он сидел, глядя прямо перед собой. Она вопросительно посмотрела на него, и он, улыбаясь, повернулся к ней:

– Ты – дура, Мэри, дорогая моя. Да, я знаю, ты меня отвергла. Все так. Хотя, позволь сказать, я был бы тебе лучшим мужем, чем ты думаешь. Но ты – дура, раз уж собираешься замуж за мужчину, который на двадцать пять лет старше тебя. Сколько тебе лет? Тридцать – максимум. Ты – не рыба. Достаточно только взглянуть на твой рот, теплые глаза, контуры тела, чтобы понять, что ты – страстная и чувственная женщина. Да, я знаю, у тебя в жизни был трудный период. Но в твоем возрасте люди приходят в себя после таких ударов судьбы. Ты снова влюбишься. Или ты думаешь, что сможешь игнорировать свои сексуальные инстинкты? Твое прекрасное тело создано для любви; и оно не позволит тебе об этом забыть. Ты слишком молода, чтобы захлопнуть дверь перед жизнью.

– Вы мне отвратительны, Роули. Вас послушать, так постель – это и цель, и средства.

– У тебя никогда не было любовника?

– Никогда.

– Тебя наверняка любили многие мужчины, помимо твоего мужа.

– Не знаю. Некоторые говорили, что любили. Но вы и представить не можете, как мало они значили для меня. Не могу сказать, что я не уступала искушению. Просто не испытывала его.

– Господи, как же ты могла растрачивать попусту юность и красоту? Они так быстро уходят. Какой смысл иметь богатства и сидеть на них? Ты – добрая, щедрая женщина. Неужто у тебя никогда не возникало желания поделиться своим богатством?

Мэри какое-то время молчала.

– Хочешь, я тебе кое-что скажу? Но, боюсь, ты решишь, что я еще большая дура, чем ты думал.

– Вполне возможно. Но все равно скажи.

– Я была бы дурой, если б не знала, что красивее многих женщин. Это правда, иногда я чувствую, что могу кое-что дать человеку, и для него это будет огромное счастье. В моих словах нет чрезмерного самодовольства?

– Нет. Это чистая правда.

– В последние месяцы мне хватало свободного времени, и, позволю сказать, я тратила его на раздумья. Если б я завела любовника, он бы кардинально отличался от тебя. Мой бедный Роули, ты – последний в списке тех, с кем я могла бы закрутить роман. Но вот о чем я думала. Если бы мне встретился мужчина, бедный, одинокий, несчастный, не знающий удовольствий в жизни, не имеющий ничего того, что можно купить за деньги… и, если бы я могла подарить ему уникальные ощущения, час абсолютного счастья, что-то такое, о чем он и мечтать не мог, чего никогда не повторится вновь, тогда я бы с радостью отдала ему все, что у меня есть.

– Никогда в жизни не слышал более безумной идеи! – воскликнул Роули.

– Что ж, вот и услышал, – весело ответила она. – А теперь выходи и позволь мне поехать домой.

– Это ничего, что ты поедешь одна?

– Можешь не волноваться.

– Тогда спокойной ночи. Выходи замуж за своего строителя империи, и черт с тобой.

<p>Глава 4</p>

Мэри ехала по пустынным улицам Флоренции, потом по шоссе, которое вело в город, наконец, свернула к холму, на вершине которого стояла вилла. Дорога круто поднималась в гору, изобиловала резкими поворотами. Примерно на полпути к ней примыкала полукруглая смотровая площадка, с парапетом по внешнему периметру. Над площадкой возвышался высокий, старый кипарис. С нее открывался прекрасный вид на кафедральный собор и башни Флоренции. Искушенная красотой ночи, Мэри остановила автомобиль, вышла из него, направилась к парапету. Ее глазам открылась долина, залитая лунным светом, раскинувшаяся под безоблачным небом, и от всего этого великолепия у нее перехватило дыхание.

Внезапно она поняла, что под кипарисом стоит мужчина. Увидела огонек его сигареты. Конечно же, испугалась, но постаралась скрыть испуг. Мужчина снял шляпу.

– Простите меня, но вы – та самая щедрая женщина из ресторана? – спросил он. – Я бы хотел вас поблагодарить.

Она его узнала.

– Вы – скрипач.

Он снял нелепый неаполитанский наряд, но его поношенная одежда оставляла желать лучшего. На английском он говорил свободно, но с иностранным акцентом.

– Я задолжал хозяйке за стол и кров. Люди, у которых я живу, очень добры ко мне, но они – бедняки и нуждаются в деньгах. Теперь я смогу им заплатить.

– А что вы здесь делаете? – спросила Мэри.

– Иду домой. Остановился, чтобы полюбоваться видом.

– Так вы живете неподалеку?

– Я живу в одном из коттеджей, которые находятся чуть ниже вашей виллы.

– Откуда вам известно, где я живу?

– Я видел, как вы проезжали на автомобиле. Я знаю, что у вас прекрасный сад и на вилле есть фрески.

– Вы там бывали?

– Нет. Кто бы меня пустил? Мне рассказывала хозяйка.

Страх Мэри испарился, как дым. Вежливый, весьма застенчивый молодой человек. Она вспомнила, что в ресторане он чувствовал себя крайне неловко.

– Хотите посмотреть на сад и фрески? – спросила она.

– Я получил бы огромное удовольствие. Когда это будет удобно?

Роули и его неожиданное предложение руки и сердца позабавили и взволновали ее. Ложиться спать она не собиралась.

– Почему не сейчас? – неожиданно даже для себя предложила она.

– Сейчас? – в удивлении повторил он.

– Почему нет? Сад особенно красив под полной луной.