Читаем На веки вечные полностью

– Зачем нам пачкать руки? – отмахнулся Фрейзер. – Мы просто подбросим русским информацию о ваших связях с современным гитлеровским подпольем, которое собирается любой ценой сорвать судебный процесс над фашистскими главарями в Нюрнберге… А так как вы консультируете русских по этому вопросу, они поверят, что вы выдаете немцам их секреты. И тогда вас увезут отсюда. Но на сей раз не в Москву, а прямиком в Сибирь…

Чехова закрыла глаза.

– У вас нет выбора, госпожа Чехова, – настойчиво сказал Фрейзер. – Поймите это, наконец, и прекратите свое дурацкое упрямство!

В этот момент раздался стук в дверь. Фрейзер замер.

– Кто это? – шепотом спросил он.

Чехова покачала головой. Она действительно не знала.

– Ольга Константиновна, это я, Ребров! – донесся голос из-за двери.

Фрейзер встал, вынул из внутреннего кармана пиджака пистолет и навел его на Чехову.

– Откройте, но не вздумайте предупредить его. Я вас просто пристрелю!

Фрейзер неслышно подошел к двери, встал сбоку. Пистолет был по-прежнему направлен на Чехову.

Она поправила прическу, глубоко вздохнула и открыла дверь.

Ребров, который на сей раз был в штатском, улыбаясь смотрел на нее. В руках у него был картонный ящик.

– Вот приехал попрощаться, Ольга Константиновна…

Чехова, не зная, что делать, смотрела на него отчаянными глазами. Ребров чуть заметно кивнул.

– А что случилось? – по возможности спокойно спросила Чехова. – Почему – попрощаться?

– Я уезжаю. Вот и решил сам завезти вам продукты, кто знает, когда увидимся. Можно войти?

Чехова растерянно отошла в сторону, и Ребров шагнул внутрь. Фрейзер, которого он не заметил, размахнувшись, профессионально ударил его сзади рукояткой пистолета по голове. Ребров рухнул на пол. Чехова, ахнув, бросилась к нему.

– Это ваш русский резидент? – осведомился Фрейзер.

– Он просто русский офицер. Совсем молодой мальчик…

– Значит, просто поклонник?

– Если вы его убили… – Чехова лихорадочно ощупывала голову Реброва. – Русские найдут вас!

– Не найдут, – усмехнулся Фрейзер. – Скоро я уже буду в американской зоне… А вашему мальчику ничего не будет. Я просто отключил его ненадолго. Не волнуйтесь – скоро он придет в себя. Только не вздумайте рассказать русским о наших планах… Для своего же блага. Иначе мы вас накажем.

– Хватит меня пугать! Вы сейчас уйдете, а что я скажу русским? Как объясню, кто напал на него?

– Скажите, что на вас напали поклонники Гитлера, которые вас ненавидят. Тем более, их сейчас половина Германии, – засмеялся Фрейзер.

Чехова смотрела на мертвенно-бледное лицо Реброва, не обращая внимания на Фрейзера, который направился к двери.

И в это же мгновение в комнату ворвались советские автоматчики…

Денис, время от времени прикладывая руку к затылку, допрашивал Фрейзера, усадив его в то самое глубокое кресло, где еще недавно сидела Чехова.

– Итак, кто вы? Только не надо мне рассказывать сказки про студию «Парамаунт»…

Фрейзер пожал плечами.

– Кстати, насчет мемуаров – полная правда. Интимные мемуары госпожи Чеховой могут принести в Америке хорошие деньги.

– Но вы не литературный агент.

– Да-да, это так – мое хобби. Вы должны знать, что каждый американец интересуется бизнесом.

– Кто вы на самом деле?

– Мне бы хотелось, чтобы нас оставили наедине, – кивнул Фрейзер на автоматчиков. – Не бойтесь, больше я бить вас по голове не собираюсь.

– Теперь моя очередь бить, так что имейте это в виду. У меня есть полное право на ответный удар. И я тоже умею дать, если надо, по голове. К тому же это наша зона оккупации. Не забывайте об этом.

– Я все понимаю.

Когда автоматчики вышли, Ребров еще раз спросил:

– Итак? Кто вы и что вам надо от Чеховой?

– Мы с вами коллеги, – улыбнулся Фрейзер. – И, хочу напомнить, союзники… Так что вам все равно придется отпустить меня.

– То есть вы представитель американской разведки?

– Скажем так – спецслужб.

– А что, американские спецслужбы занимаются изданием мемуаров актрис?

– Если актриса общалась с высшим руководством Германии и Советского Союза, то… Сами понимаете. Что же касается информации, которой располагает госпожа Чехова… Мы хотели выяснить, какие вопросы будут особо интересовать советских обвинителей на процессе в Нюрнберге. Ведь вы задавали ей такие вопросы, коллега?..

Когда Ребров и Чехова прощались, они вдруг оба почувствовали, что события последних дней незаметно, но довольно прочно сблизили их. Но оба они понимали и другое – что близость эта случайна, что называется, ситуативна, и никакого продолжения иметь не может. Но, тем не менее, в этот момент она была чрезвычайно важна и нужна для обоих. И запомнится надолго, если не навсегда.

– А вы разве не заметили, что шторы задернуты? – спросила Чехова.

– Заметил. Просто решил, что не стоит брать ваш дом штурмом, – неловко пошутил Ребров. – Надеялся сделать все тихо и обойтись своими силами…

– А что будет с этим господином Фрейзером?

– Думаю, что ничего особенного. Выяснят, кто же он есть на самом деле, как он сюда попал, чем занимается. Потом свяжутся с американцами и будут договариваться. А куда вы уезжаете? Или это тайна?

– Я перебираюсь в Нюрнберг.

– A-а… Будете судить всех этих…