Разорванные и потрепанные флажки, нависшие с кривыми шестами, тускло болтаются на осветленных подпорках. Однажды они символизировали яркие цвета и радость, но теперь их обветшалость выдает полное забвение этого места. Рассыпанные гвозди и куски дерева, словно бы забытые аксессуары, лежат рядом, разбросанные брошенной суетой.

Пыль и грязь, накопившиеся на полу, образуют толстый слой, в котором отпечатаны следы, мимолетные миражи давно покинутых представлений. Лужи дождевой воды превратились в мутные отражения прошлого, недвижно уходящего в пучину времени. Висящие потрепанные занавески все еще отчаянно дарят надежду на возвращение веселья и развлечений. Но разорванная ткань и зацепленные осколками мебельные детали говорят о неумолимости природы и ее способности запечатлеть щепки былoго величия.

Тишина, что окутывает заброшенную палатку, словно стена между живым и мертвым. Дух цирка оцеплен в этих руинах, и только ветер, пробегающий сквозь дыры и трещины, шепчет таинственные истории, которые разносятся навстречу заблудшим душам.

Тут жили люди. Но теперь их нет.

– По рассказам, семья Грейвз жила здесь. Этот цирк принадлежал ещё Саймону Грейвзу, отцу Закарии. Он их и приютил здесь, до того как умер. А вместе с ним умер и его бизнес, – рассказывала Тамара, пока они прошли в шатёр.

Все было точно так, как было описано в дневнике Китти: вагончики, где взрослые проводили кукольные спектакли каждую пятницу вечером. Однако из четырех оставшихся вагончиков осталось лишь два, и те были в крайне плачевном состоянии. Животные, такие как куры в курятнике и коровы в коровнике, исчезли и оставили свое жилище в заброшенном виде. А где-то на верхнем этаже, под самым потолком, находилась еще одна комната – комната, где обитала Китти когда-то.

– Их отец, вроде как промышлял рыбалкой и сдавал металлолом, чтобы хоть как-то прокормить семью, – решил поделиться своими знаниями, ненароком, Марк. – Всего у них было четверо детей…

– Откуда такие точные познания? – прищурилась Тамара.

– Эм… Я умею искать нужную информацию, – неловко улыбнулся тот в ответ.

– Всё верно, разве что… У семьи Грейвз ожидалось пополнение, если припомнить. Саманта родила ещё троих.

– Ого. В таких то условиях… Как бы они столько прокормили в те то годы?

– А ответ на этот вопрос ты и сам найдёшь, раз умеешь искать информацию, – хитро прищурилась Тамара, вскарабкавшись на сцену, где раннее проходили представления.

– Осторожнее там. Наверно всё прогнило! – предупредил Марк Дин, подходя поближе.

– Ой, не переживай ты так. Здесь про-…

Но не успела она договорить, как пол под ней проломился и Тамара с криком свалилась в нижний слой.

– Тамара!

Пришлось Марку провести знакомую не только до больницы, где выяснилось, что она получила пару ушибов и растяжение, а после проводить до дома. Вернулся парень уже к вечеру, разогревая себе лапшу быстрого приготовления. Марк, сделав себе ужин, решил вернуться к чтению дневника, но уже сидя за столом.

«20 мая 1974

Ооох… Ты бы знал, насколько сильно бесит меня Макс Коулман. Этот мальчишка сегодня снова ко мне лез со своим выпендрёжным настроем. Но я то знаю его прекрасно, ровно как и все ребята в городе…»

Глава четвёртая

Макс Коулман. Нет мальчика или девочки в городе, который бы не слышал это имя. Тёмные волосы вечно уложены назад, а кожаная чёрная куртка была предметом зависти многих. Макс Коулман не только член богатейшей семьи города, но и ночной кошмар многих детей. Многие видели, как он несколько раз подвешивал котов за хвост и поджигал их, разбивал окна некоторых домов и приставал к тем, кого посчитает неугодным. Но не смотря на это, он был местным заводилой и отвечал за то, в какую игру сегодня будут играть. Макса Коулмана боялись фактически все. Все, за исключением его друзей, а так же Китти Грейвз и Игана Смитта. Они не поддерживали его подобное поведение, но иногда проводили время с ним и его ребятами. Причём иногда не совсем обычным способом.

И вот, этой ночью несколько ребятишек, мальчиков и несколько девочек, от двенадцати до пятнадцати лет, подошли к дому совершенно незнакомой девочки-подростка.

– Лестницы нет, – заключил после осмотра территории Тобиас Ларт, невысокий и тощий мальчишка. – Какой план у нас?

Макс, который отличался крепко сложенным телосложением, оглядел окрестности.

– Есть береза, – сказал он.

И в самом деле. Слева от дома, немного дальше, росла высокая береза, обрамленная зимним ветром. Она надгибалась над запущенной лужайкой.

– Но вы не сможете все вместе залезть на неё, – с сомнением произнесла Конни, девочка на два года старше самой Китти. – Она может сломаться.

– И в чём смысл вообще это делать? – задалась вопросом так же и сама Китти. – Это же не совсем правильно…

– Заткнись, Грейвз. Никто тебя здесь не держит.