Читаем На излёте полностью

– А я ведь тогда тоже рапорт написал, впрочем, наверное, как и все офицеры у нас в разведке, да вот, не взяли, – с явным сожалением в голосе продолжил он. А Вовку Малевича, того сразу…, еще в самом начале…

– Да, я знаю, – сказал Казанцев, вспомнив, что узнал о гибели их однокашника по училищу и лучшего Славкиного друга Володи Малевича от самого же Иванова еще при поступлении в академию. А уже позже от офицеров из подразделения, где служил Малевич, услышал в подробностях, как все это произошло.

Славка с Володей все годы учебы были, как говорят, «не разлей вода». Они, бывало, ссорились, в основном из-за постоянных Славкиных «подколок» и шуток, но все во взводе знали, что их очередная ссора ненадолго, не больше, чем на пару часов, потому что ни тот, ни другой долго обижаться и дуться друг на друга не могли.

Володя родился в Минске в учительской семье и был у матери с отцом единственным ребенком. Худой и высокий паренек, пришедший в училище сразу со школьной скамьи и никогда не знавший даже понаслышке, что такое спецразведка ГРУ, он сдал экзамены и поступил, практически случайно попав на разведфак Рязанского десантного. И ничего, что в семнадцать лет немного не хватало физических силенок при сдаче экзамена по фп. Преподаватели, скорее всего, увидели в нем больше, чем обычного абитуриента, они уловили полет его души, которая рвалась в небо и хотела героических свершений во благо Родины вплоть до самопожертвования. Он сам, наверное, в тот момент понимал все это очень смутно и расплывчато. Долговязый семнадцатилетний юноша, которому они помогали на кроссах, тяжелых и изнурительных, перехватив его руки на свои плечи и практически дотаскивая до финиша, он это просто интуитивно чувствовал. Они же, опытные в большинстве своем к тому времени бойцы, поступившие со срочной службы, – кто с ВДВ, кто-то со спецназа, с флота или с Суворовского – поначалу злились на него и предлагали самому уйти из училища, пока не поздно. Но когда ребята видели, как Володя из раза в раз, упрямо сжимая зубы, бежал вперед к какой-то своей, одному ему известной цели, когда видели его глаза, глаза упрямого мечтателя, они совсем по-иному начали его воспринимать, по-другому к нему относиться. И с каждым разом, с каждым занятием, с каждым тяжелым кроссом он был все увереннее, все сильнее. Он становился мужчиной. Начитанный, хорошо воспитанный, спокойный, в отличие от своего старшего друга и уравновешенный парень, Володя стал любимцем во взводе – как у преподавателей-командиров, так и среди курсантов-сокурсников. Училище он окончил с красным дипломом.

Кроме навыков по физической подготовке, он им завидовал еще в одном – в отношениях с девушками. Скромный и застенчивый от природы, он всегда с завистью смотрел на очередного влюбленного во взводе, сам не смея, по-видимому, полюбить. Хотя, скорее, тогда он просто не успел её встретить, свою любовь, а размениваться на мимолетное сомнительное счастье не умел. В училище он был слишком занят учебой, компенсируя какие-то свои физические недостатки упорным трудом. А, став офицером, говорят, она у него появилась, но так и осталась его девушкой навсегда, навечно. Двадцатидвухлетним мальчишкой-отличником в лейтенантских погонах он погиб в Афганистане в одном из поисковых разведвыходов. Погиб, так и не успев стать ни чьим-то мужем, ни чьим-то отцом.

Он вошел в Афган поначалу, в большей степени, миротворцем, чем бойцом спецназа. Пришел, скорее, разобраться в происходящем и примирить, чем покорить и подчинить. Но суровые реалии войны все-таки заставили его пересмотреть свои взгляды на многие вещи, подчиниться жестоким законам вооруженного противостояния.

Это произошло через несколько месяцев после того, как он попал на войну. В провинции Нангархар в ста километрах от Джелалабада мятежниками был сбит наш истребитель МиГ-23, проводивший разведку одного из районов афгано-пакистанской границы. Пилоту при этом, работавшему на предельно малой высоте, чудом удалось катапультироваться.

Из-за сильно пересеченной местности «броня» туда пройти не могла, поэтому группе Малевича была поставлена задача: высадиться посадочным способом с вертолетов в составе шестнадцати человек в заданный район, найти и эвакуировать пилота с картами и секретными документами до того, как он будет пленен моджахедами.

Когда вертолеты со спецназом на борту были над районом, где сбили советский истребитель, увиденное с высоты сразу же отбросило изначальное предположение командования о том, что самолет был сбит случайно оказавшейся в том месте группой боевиков. По хребту вдоль пакистанской границы на протяжении нескольких километров проходила укрепзона ПВО противника, которая, как оказалось, прикрывала подходы к замаскированному учебному центру моджахедов на территории Пакистана.