Читаем Муж, труп, май полностью

– А почему бы ей там не отсидеться? – подал голос Паша. – Кто ее там будет искать? Она точно знает, что арендатора нет. Вместо себя американец вряд ли кого-то пустит. Цветочки ему поливать не надо. Девка волосы перекрасила или парик надела. Хотя надо выяснить, почему она скрывается. И от кого.

– Но хоть жива, – заметила я.

– Интересно будет спросить, где она находилась, когда взрывалась машина Кристины, – заявил Петр Васильевич.

– Неужели ты думаешь…

Петр Васильевич пожал плечами.

– Да зачем ей лучшую подружку-то взрывать? – воскликнула я.

– Может, мужика не поделили, – пожал плечами Петр Васильевич.

– Это кого? – удивился теперь Паша. – Кристина вроде бы замужем за Сергеем Юрьевичем, то есть была…

– А Сюзанна осталась одна, – сказал Измайлов. – Сергей Юрьевич – человек проверенный, и она – с его точки зрения – тоже. Так почему бы ей не закрутить роман с мужчиной подруги? Не утешить вдовца? Сейчас она выйдет на сцену, бедная и несчастная, и Сергей Юрьевич вроде как тоже страдать должен…

А я ведь совсем недавно думала то же самое. Мы с Петром одинаково мыслим?

Петр Васильевич не стал заезжать во двор, где был вход в подъезд, оставил машину на улице. Во двор мы пошли пешком и на самом деле обнаружили там «Шкоду» с нужным номером.

– Где ты видел эту машину? – спросила я у Петра.

– У того дома Сюзанны, в котором побывала ты.

– Теперь что? – Паша посмотрел на Петра Васильевича.

Измайлов поднял голову и посмотрел на окна. Он точно знает, на какие смотреть? Он знал.

– Темно, – задумчиво произнес он.

– А на другую сторону какие-нибудь окна выходят? – уточнила я.

– Нет, все сюда.

– Может, в ванной? В коридоре?

– Если бы свет в коридоре горел, было бы заметно. А там сплошная темень. А вот направо…

– Что направо? – не поняла я.

Паша же понял сразу и слегка повернул голову. Я тоже повернула.

Свет горел в окне комнаты, примыкавшей к квартире, где поживали американцы. И мы все увидели силуэт…

Мы встретилась глазами с Петром Васильевичем.

– Лариса, твои предложения?

– Пообщаться, – сказала я.

– Паша, ты давай сюда, – Петр Васильевич кивнул на подъезд, в котором располагалась дверь в квартиру американцев. Мы же с Петром Васильевичем отправились в соседний.

– Ты думаешь, Сюзанна захочет сбежать? – спросила я.

– Я не знаю. Но ведь вполне может.

– И между квартирами есть проход? То есть дверь. То есть…

– Не исключаю такого варианта.

Петр посмотрел на меня внимательно. Я глубоко задумалась. Подобный проход, или дверь, или я не знаю что, объяснял массу вещей. Например, пропавшие в неизвестном направлении документы. Пока американский шпион занимался любовью с чужой женой, Сюзанна – или кто-то из ее квартиры – мог стащить эти самые документы…

– На кого она работает? – спросила я.

– Понятия не имею. Но не на государство. То есть не на наше государство. Это точно. Скорее всего – на себя, любимую. Чисто за деньги. Ради обеспеченной старости. Я же тебе говорил, что эта девочка всеми силами старается обеспечить себе старость. Она совсем не дура, хотя прилагала немалые усилия, чтобы ею казаться. Уж практичности и хватки ей точно не занимать.

Мы поднялись на нужный этаж, и Петр Васильевич позвонил в дверь. Никаких звуков с другой стороны до нас не доносилось. Хотя в этом доме толстые стены, да и дверь в квартиру была внушительной. Петр Васильевич позвонил еще раз. Безрезультатно.

Но минут через пять, когда мы уже думали спускаться вниз, на мобильный Петра Васильевича позвонил Паша.

– С моей стороны приходите, – предложил он. – Скрутил я дамочку. Ты был прав, Петр. Пыталась сбежать.

Даже до меня из динамика донесся отборный мат. Вообще-то приличные женщины так не ругаются… То есть не должны бы.

Мы с Измайловым отправились в соседний подъезд. Паша дверь не запирал, так что мы без труда вошли в квартиру, сдаваемую американцам. Петр Васильевич задвинул защелку.

Руки Сюзанны были стянуты за спиной наручниками. Паша их постоянно с собой носит? Девушка сидела на стуле посреди кухни. И еще ее ноги были прилеплены к ножкам стула скотчем! То есть убежать она могла только со стулом… И как Паша умудрился так быстро все это сделать?

Я смотрела на Сюзанну и не узнавала ее. Вроде она, а вроде и не она. Хотя Паша сорвал парик и по плечам рассыпались настоящие светлые волосы. Но как-то она неуловимо изменилась. Я не могла точно определить, в чем состояли изменения.

– Добрый вечер… Эдуард Витальевич? – поздоровался Петр Васильевич.

Я пораженно посмотрела на Измайлова.

– Я не ошибся? – невозмутимо и немножко ехидно продолжал Петр Васильевич. – Или посмотрим, что у тебя под юбкой? Здесь все – взрослые люди, никто ничего нового не увидит. Давай попросим Ларису Михайловну приподнять тебе юбку.

Петр Васильевич повернулся ко мне.

– Приподними девушке юбку, Лариса. Вдруг на самом деле девушка.

– У нас свободная страна, – заорала Сюзанна или кто это был на самом деле. – И любой человек может носить любую одежду!