– Люди-то зачем, если техника в наше время сделала огромный шаг вперед? Едете на «Юнону» или по Интернету ищете специалиста. Вам любой модулятор сделают.

– Но…

– Если голос был где-то записан, можно сделать.

– Это была не просто речь, умершая разговаривала, – пояснила я. – Например, со мной. Она отвечала на мои реплики. Автомат не мог бы этого делать.

– Я точно не знаю, надо говорить со специалистом, но думаю, что модулятор может и преобразовывать голос под нужный. То есть не просто менять – это делают все модуляторы, – а именно преобразовывать. Но опять же надо знать, подо что.

– Спасибо, – поблагодарили мы жрицу и салон покинули.

Глава 40

– Теперь надо хорошо подумать, как прищучить Людмилу Евгеньевну, – сказал Паша в машине. – Обращение к жрице Атлантиды доказательством служить не может.

– Для меня теперь главное – это как сохранить жизнь Сергею Юрьевичу, – заявил Измайлов. – У него сейчас один наследник – их общий с Людкой сын. И жизнь Лопаткина в большой опасности.

– Ты ему это объяснил? – спросила я.

– Вчера весь вечер объяснял. Лариса, ты же сегодня не успела в магазин. Может, сейчас заедем?

– Ты хочешь возвращаться в особняк?

– Вообще-то там твоя машина осталась.

– А если я вас обоих к себе на ужин приглашу? Только на самом деле нужно заехать в супермаркет. По пути к моему дому.

– Не хочется оставлять Сергея одного…

– А ты ему позвони. Может, он как раз хочет побыть один. Например, я после смерти мужа хотела, чтобы от меня все отстали. На самом деле было тошно слушать выражения соболезнования. Да еще ту чушь, которую несли некоторые люди…

– Лариса, а что надо говорить? – спросил Паша.

– Наверное, все зависит от человека, которому выражаешь соболезнование. От близости с покойным – не фактического родства, а душевной близости. Я не могу ничего никому советовать. Но я бы лично предпочла, чтобы мне никто ничего не выражал. Чтобы меня оставили одну, не звонили, не приходили. Но меня почему-то все постоянно дергали, наоборот, считая, что должны выводить меня из кризиса, как выразилась одна моя знакомая.

– Если считаешь, что не нужно ехать, не поеду, – согласился Петр Васильевич. Он всегда будет таким покладистым? – Говори, в какой магазин ехать.

Я указывала дорогу к супермаркету, в который иногда заезжаю по пути домой от Сергея Юрьевича. Мне очень нравится их пекарня, где в любое время можно купить горячий или, по крайней мере, теплый хлеб. Хорошая сладкая выпечка собственного изготовления, торты нескольких компаний. Неплохой отдел, где продают спиртное – на разный вкус и кошелек.

Мужчины выбрали спиртное и нарезку, я – сладкое, и мы двинулись к кассе.

Когда мы уже стояли в очереди к кассе, мой взгляд внезапно упал на проходившую мимо нас молодую женщину с тележкой, в которой лежало то, что я назвала бы набором холостяка. Пельмени, хлеб, нарезка, пиво и водка. Не женский набор! Хотя женщины бывают разные…

Это была стильно одетая высокая брюнетка модельного типа. Волосы длиной чуть ниже плеч ниспадали на них красиво уложенными волнами. Свободная юбка-шотландка чуть ниже колен, короткая курточка, на шее – стильный вязаный шарф, завязанный как-то по-особенному, высокие сапоги на каблуках… Что-то в ней было знакомое…

– Я где-то видел эту бабу, только не могу вспомнить где, – тихо сказал Петр Васильевич, проследив за моим взглядом.

– Если хотите, можем проследить, – вставил Паша. – Хотя я уже настроился на другое.

Он многозначительно посмотрел на содержимое нашей тележки, в особенности на тортик. Любит сладкое больше, чем спиртное?

Поскольку наша очередь уже подходила, а брюнетка еще не успела встать ни в какую, мы вполне могли за ней пристроиться после выхода из супермаркета. Скорее всего, что она на машине. Такие дамочки пешком обычно не ходят. Если только живут совсем рядом.

– Вы идите в машину, а я прослежу. Если вы оба ее видели, то и она могла вас видеть. Лучше не маячить.

Брюнетка на самом деле была на машине – недорогой «Шкоде», явно имеющей немалый пробег. Петр Васильевич без труда пристроился за ней, сказал, что совсем недавно видел эту машину, только не уточнил где, и вскоре понял, что мы направляемся в микрорайон, где стоял дом Сюзанны – не тот, где я успела побывать и сбегала, можно сказать, рискуя жизнью, а тот, где находилась принадлежащая ей квартира, которую она сдавала американцам.

Как только Петр Васильевич произнес это вслух, я поняла, кого мне напомнила девица.

– Это перекрасившаяся Сюзанна, – объявила я.

– Но… – открыл рот Паша.

– Похоже, – кивнул Петр Васильевич. Вероятно, он признал ее даже раньше меня и говорил о доме Сюзанны не просто так, а чтобы и я думала в нужном направлении.

И машина на самом деле завернула в нужный двор… Значит, у Сюзанны была и запасная машина, а не только дамский «Мерседес», на котором она приезжала к Кристине? Но где Петр Васильевич видел «Шкоду»?

– Американец вроде бы должен был уехать в Америку сопровождать тело жены? – спросила я.

Петр Васильевич кивнул.

– Но Сюзанна вроде бы не должна входить в квартиру…