Читаем Музей воров полностью

— Я скажу вам, где он, — сказала Протектор. — Он исчез. Возможно, утонул в бурю как крыса, которой и был. И бесполезно искать у него поддержки. Ваша единственная надежда теперь — это милость города.

Хранители снова начали кричать. Протектор кивнула капитану ополчения.

— Уведите их. Мы будем судить их за жестокое обращение с детьми в Приюте.

Когда ополченцы вытолкали из комнаты последних Хранителей, Протектор повернулась к горожанам. Но прежде чем она сказала хоть слова, по полу пробежало белое пятно и вскочило на ее стол.

— Это Бру! — воскликнула Голди.

В зале все вскочили на ноги.

— Собака! — кричали они. — Осторожнее! Собака!

Родители схватили своих детей, приготовившись бежать. Даже с балкона Голди видела их перепуганные лица. Слушать о крысах и змеях в Старом Квартале это одно, а когда перед тобой живая и настоящая собака, которых не было в Джуэле уже несколько сотен лет, это совсем другое. И сейчас она стоит перед ними!

Только смотрители остались на своих местах. Смотрители и Протектор.

Бру, казалось, и не заметил поднятый им переполох. Он прошелся по столу и остановился напротив Протектора, любопытно виляя хвостом. Протектор неуверенно посмотрела на него. Шинью склонился и прошептал ей что-то на ухо.

Протектор кивнула и повернулась к толпе.

— Наш… Наш город меняется, — громко, пусть и запинаясь, сказала она. — Я… Я так понимаю, что прежде собаки и люди отлично уживались вместе.

Она сглотнула.

— Я… я не вижу причин, почему бы им не жить вместе и в будущем.

И к удивлению Голди она протянула руку и погладила Бру по голове.

Люди, наблюдавшие за этим, испуганно вздохнули. А затем, с настороженными лицами, один за другим осторожно вернулись к столам. И только дети ничего не боялись. Он тянули руки к Бру и визжали. Маленький песик вилял хвостом и прыгал в центре стола.

Он был таким смешным, что дети завизжали еще громче. Голди увидела, как улыбнулась Фэйвор. Бру бегал кругами, пытаясь догнать свой хвост, и его глаза светились от радости.

Протектор рассмеялась.

Это было то, что нужно. Словно снова обрушилась плотина. Смех затопил зал. Разливаясь во всех направлениях, вымывая ужасы бури.

Бру прыгал по столу. Он прыгал по коленям и облизывал лица и руки. От него никто не мог скрыться. Вскоре половина детей в зале спорила, кто будет гладить его следующим, и даже самые нервные взрослые сидели с улыбкой, словно давно исчезнувший брат внезапно вернулся и они поняли, насколько любят его.

Бонни свесилась с балкона, не сводя с Бру глаз.

— Тоудспит, как ты думаешь, мама и папа разрешат нам завести собаку?

Тоудспит не ответил ей. Его лицо стало мрачным.

— Это все испортит, — проворчал он.

— Что с тобой случилось? — спросила Голди.

— Ты должен быть довольным! — сказала Бонни, поворачиваясь к брату. — Все меняется! Я не носила охранную цепь целых три дня! А теперь здесь собака!

— Вот именно! Теперь нет оправдания побегу! — проворчал Тоудспит. — Они думают, что теперь мы будем послушными. Что мы будем хорошими!

Он мрачно посмотрел на Голди.

— Думаю, теперь ты вернешься домой и снова станешь паинькой?

Голди посмотрела на заполненный людьми зал. Бру теперь сидел на коленях Фэйвор и был окружен детьми. Его хвост мягко поднялся и опал. Он посмотрел на Голди. В его черных глазах светилось тайное знание.

И внезапно Голди почувствовала музей. Его тайны и дикость. Его красоту и его опасности. Кухню Дьявола и Даунтлесс, Каменное Сердце и сотни других комнат, в которых она еще не была, но которые где-то там ждут ее. Ждут, когда она откроет их.

Она коснулась маленькой, голубой брошки, приколотой на груди, и подумала о тетушке Прайз. Дерзкой тетушке Прайз.

— Вернуться домой и стать паинькой? — она улыбнулась Тоудспиту и покачала головой. — Я же только начала!

Тем временем двести миль к югу…

Посреди океана за обломок доски цеплялись мужчина и женщина. Жизнь едва теплилась в них, одежда была изорвана, а лица покрыты синяками. Буря закончилась, но они ужасно ослабли и знали, что больше не продержаться. Скоро глубокая вода заявит на них свои права.

Сначала они решили, что рыбацкая лодка всего лишь мираж. Изумленные крики и крепкие руки, втащившие их на раскачивающуюся палубу… Разумеется, это всего лишь игра воспаленного разума.

Прошло полтора часа. Люди были укрыты теплыми одеялами и сидели в окружении любопытных игроков. Только тогда они позволили поверить себе, что спасены.

— Вам повезло, что мы заметили вас, — сказал самый высокий рыбак, который, казалось, был здесь главным. — Нас отнесло из наших вод бурей. Мы уже поворачивали на юг, когда заметили вас.

— Цеплялись за доску, как пара тонущих крыс, — сказал другой мужчина.

— А по мне они все еще мокрые крысы, — сказал третий и они громко расхохотались.

Женщина с трудом приподнялась на локте.

— Проявите немного уважения, — хрипло, от соленой воды и лихорадки, сказала она. — Знаете ли вы кто это? Это…

— Никто! — быстро сказал ее спутник. Он, извиняясь, махнул рукой глядящим на них мужчинам. — Пожалуйста, простите мою подругу. Ей плохо. Я не представляю важности.