Читаем Муму с аквалангом полностью

Тогда экономка решила, что в жизни Сони случились некие форс-мажорные события и следует затаиться. Раз Сонечка никак не реагирует на Розу, то так и надо, пройдет время, и бывшая воспитанница найдет способ объяснить ситуацию. Однако Розе было тревожно. Окончательно она потеряла покой, увидев, как «Соня», озираясь, вышла из особняка, вынесла довольно большую, но явно легкую ширму, села в громадную черную машину и поехала по шоссе. Роза давно поняла, что с ней творится неладное, а тут и вовсе удивилась до шока: Софья научилась водить! Справилась со здоровенным джипом, которым пользовался во время редких приездов во Флоридос Антон! Что ж такое вообще происходит?

Роза стала метаться по служебной территории Флоридоса. Потом на виллу Сони приехал Антон, примчалась полиция… Что было делать экономке? Открыть свое инкогнито она боялась, потому что не понимала, что задумала Соня.

Роза провела бессонную ночь, она постоянно бегала к вилле Поспеловых и сквозь кусты пыталась разглядеть дом. Около трех утра послышался тихий шорох – вернулся джип. Из него вылезла… не Соня, а другая женщина. Аккуратно вернув машину под навес, она… вынула из багажника ширму и понесла ее в сторону помойки. Но не к тому контейнеру, что находился около особняка, а к общественному мусоросборнику. Роза тихонько последовала за теткой. А та швырнула в контейнер ширму и пошла назад…

Я замолчала, потом продолжила:

– Роза мигом поняла: произошло нечто ужасное. Она схватила валявшуюся на дороге палку и ударила изо всей силы тетку по голове. Потом отволокла ее в свою комнату и заставила во всем признаться. Под угрозой смерти! Пообещала убить, если та не расскажет правду. Впрочем, пусть лучше она тебе сама все объяснит.

Я вынула мобильный, набрала номер и сказала:

– Идите сюда.

Дверь отворилась, на пороге возникла женщина.

– Здравствуйте, – прошептала она. – Сейчас я все расскажу!

– Это же Раиса, – поразился Роман, – она работает в отеле.

– Нет, – усмехнулась я, – вернее, да. У Розы был паспорт на имя Руфины Богородцевой. А вот в отеле ее все звали Раисой. Соня оформила на нее свое завещание, хотела, чтобы в случае ее смерти Роза осталась обеспеченной. Соня не посягала на капиталы Поспелова, спрятанные на Кайманах, оставила Раисе лишь «свою» часть – московскую жилплощадь.

– А! – осенило Романа. – Так вот почему жена стала так активно в последнее время требовать денег у Антона и продала одну из своих квартир. Это же была Эмма!

– Я не стала объяснять эту ситуацию, настолько она ясна, – пожала я плечами. – Когда Раиса поняла, что сделала Эмма, она поехала к Аидовой яме…

– Эй, а зачем ширма? С какой стати ее таскали туда-сюда? – задергался Роман.

Я глубоко вздохнула.

– Тело убитой Сони лежит на диване, матрас из кабинета унесен. То, что там еще была и ширма, не знает никто – к Поспеловой гости не ходили. Эмма не предполагала, что Феба, один раз очутившись в рабочей комнате, запомнит «полки с зеркалом», и не подумала о вмятинах на шелковом ковре. В принципе о пропаже мебели мог заявить Поспелов, но подозреваю, что он, редко приезжавший в Грецию, и не помнит, что есть на вилле. А Эмма собиралась убить Нину, которая стала ее шантажировать. Поспелова приехала к месту встречи, она знает, что Зарубина гоняет, как невменяемая. Рев «Ламборджини» слышно издалека, Эмма раскрывает ширму и ставит ее на обочине. Спортивный автомобиль вылетает из-за поворота, свет фар отражается в зеркале, ослепляет Нину… Уточнить детали?

– Не надо, – протянул Роман.

– Эмма увидела, как «Ламборджини» слетел в Аидову яму, – сказала я. – Она была настолько уверена в гибели Нины, что спокойно положила ширму в джип и уехала.

– Какого черта она продолжала с ней возиться? – взвыл начальник полиции.

Настал мой черед удивляться:

– Следовало оставить ее на дороге? Чтобы полиция заподозрила неладное?

– Ну нет, – буркнул Роман.

– Греция не Россия, – продолжала я, – мусорные контейнеры имеют четко определенные места и владельцев. На шоссе ящиков для отбросов нет. Эмма вернула на место джип, а ширму решила засунуть в общую помойку. Все. Раиса, то есть Роза, поехала к Аидовой яме, она…

– Зачем? – перебил меня Роман.

Я посмотрела на женщину:

– Можете объяснить?

– Собачка, – прошептала та, – несчастная Муму. Я подумала, что крохотное животное могло выжить. Недавно я прочитала в газете, как в упавшем лайнере нашли совершенно невредимую кошку. Спустилась в пропасть, слышу – Муму рыдает. А Нина вдруг застонала! Я сразу вызвала спасателей, анонимно, а сама убежала.

– Муму повезло, она спаслась, – перебила я Раису. – Знаешь, Рома, я в детстве навсегда возненавидела Тургенева за эту историю с утопленной собачкой. Никогда больше не читала его произведений, пролила над несчастной Муму реки слез. И даже придумала, что Муму выплыла – будто у нее был акваланг! Понимаешь?

Роман кивнул и неожиданно признался:

– Сам пускал сопли над этим рассказом. Муму с аквалангом… Я до такого не допер, фантазии не хватило. А зачем Раиса-Роза полезла ночью в дом Поспеловой? Это ведь она рылась в гардеробной, так?

Экономка кивнула.