Читаем Мукантагара (СИ) полностью

Му в сердцах сплюнула и присела отдохнуть, сняв с себя добычу. Она растянулась на опавшей листве, устремив взор в небо. Ни голубизны, ни облаков - одна серая масса над головой, предвещающая дожди, после которых жители могли на неделю слечь не то с холерой, не то с ещё чумой какой. Листва вокруг Му не имела ни золотых, ни бордовых оттенков, а имела такой же цвет, как и небо. Му повернула голову, взгляд встретился с отражением себя в стеклянных глазах оленя. Она увидела красное пятно на лице и белый кусок волос - остальное в отражении коричневых глаз казалось тёмным и трудно различимым.

“Как мы могли докатиться до такого? - вновь подумала Му. - Не верится, что нет иного пути сосуществования с ноблесами и со столицей, когда народ - вот так вот загибается, чтобы прокормить себя. Вот принесу я им сейчас тушку, разделаю, обработаю кожу, мясо отдам мяснику, а дальше? Затем приедут ноблесы в побрякушках и отберут больше половины - а остальное так, делите на оставшихся. И тоже самое произойдёт с добычей Теремуна, и тоже самое случится с добычей ещё двоих охотников, коих осталось в деревне - три калеки. И то один скоро на пенсию свалит со спиной. Охх..”

Му помассировала разболевшуюся спину. Уже третий день, как стали беспокоить сильные боли. Хоть она и охотилась с малых лет, хоть она и укрепляла мышцы тренировками, а отдыха не хватало для восстановления. Знахарка на восклицания охотницы лишь покачала головой и отдала последнюю настойку с мазью - травы подгнивали и лекарств делать было не из чего, а Му она досталась  не просто так - дочь Старейшины как-никак.

Отдохнув немного, Му поправила бандану так, чтобы она закрывала левый глаз, снова водрузила на себя оленя и продолжила путь. На пути ей встретилась лишь мелкая змейка, только вылупившаяся из яйца, да облезлая белка, явно больная. С живностью становилось совсем худо.

Огибая огромное гниющее дерево, Му остановилась и осмотрела его. Кроны дерева на ощупь были мягкими и податливыми, а листва вокруг него уже давно опала и потрескалась в пыль. Толстые ветви бы не выдержали даже пятилетнего ребёнка, не говоря уже о Му. То, что было ранее могучим, источало сырость и гниение.

Она прикоснулась ладонью к дереву и, прислонившись лбом, тяжело вздохнула. Застыв так на пару минут, она затем продолжила путь. В месте, где лежала ладонь Му, кора дерева засохла и образовала дыру. Но Му не заметила это явление, ведь впереди виднелся тоненький дым, а значит - Мунта поблизости.

С каждым шагом запах гнили затмевал запах костра. Деревья редели и уже были заметны крыши хижин, кое-как сделанные из соломы и глины. Прочность их оставляла желать лучше, но, быть может они выдержат эту зиму, надеялась Му. Телеги с глиняными чанами старики тащили туда-сюда: воды в колодце становилось всё меньше. Возле полуразваленной хижины бегала девочка лет десяти и игралась с отвалившимся куском стены, представляя, что это мяч, пускай и неправильной формы. Волосы её отливали медью, а сквозь пряди запутанных колтунов виднелись маленькие остроконечные ушки, покрытые медной шерстью. Заметив Му, она улыбнулась половиной зубов и оставила игру.

- Мууууу! - девочка побежала в объятия охотницы, не замечая, как той хотелось бы скинуть с себя этого оленя. - Давай играть, давай играть!

- Ах тыж! - Му оттолкнула ногой девочку, и та покатилась кубарем по земле. - Не видишь я работаю! И умойся, в твоих волосах скоро грибы выращивать можно и прокормить всю Мунту с Пальмунтой впридачу!

Девочка нисколько не обиделась на “приветствие”, а только заулыбалась, показав зияющие дыры, где когда-то были молочные зубы, а новые еще не выросли. Она встала и оттряхнулась, подбежав снова к Му и уже осматривая её добычу.

- Олень? Настоящий?! Уууууу! - девочка еще громче загудела и топала ногами. - Это значит нас ждёт вкусное мясоо!

- Нет, Реша, никакого мяса тебе не светит. А даже если и светит, то в лучшем случае - обглодать малоберцовую кость! - Му язвительно усмехнулась.

Но Реша словно не услышала замечания: она с ловкостью кошки прыгнула на спину Му и, осматривая грудку оленя, лизнула засохшую кровь. Охотница опешила, но тут на помощь прибежала мама Реши.

- Реша, а ну слезай! - мать одной рукой стащила девочку на землю и той же рукой ударила по лицу. В сторону отлетел кусочек зуба. - говорила я тебе, не лезь к этой дьявольщине, проклянешь себя и нашу семью. Тебе так хочется мать довести до гроба? Да у тебя лицо в крови, ох!

- За дьявольщину спасибо, - сказала ровным голосом Му, стаскивая с себя оленя. - Реша голодна, не стоит её винить за такое.

Мать устремилась ненавистный взгляд на Му, но тут же его опустила: кроме ненависти присутствовал ещё и страх.

- Не лезь к моей дочери, тварь. Голодают здесь все. А вот ты, я смотрю, более сытая, - с этими словами женщина потащила за руку Решу в сторону дома. Реша повернулась, и всё той же беззубой улыбкой помахала Му рукой.