— Я думал об этом, когда Мерлин объяснял мне всё это по дороге сюда, — сказал её Кайлеб. — К несчастью, любовь моя, хотя ты сможешь услышать меня, так что на твоей стороне никто этого не заметит, мне всё равно придётся говорить в «коммуникатор» с моей стороны. И я боюсь, что если я буду сидеть и делать это во время… ну, я не знаю… военного совета, скажем, люди смогут это заметить.

Она рассмеялась и покачала головой, потом снова повернулась к Мерлину.

— Эта «ретрансляция» помешает мне услышать что-то ещё через это ухо?

— Нет, Ваша Светлость, — заверил он её. — Он разработан так, чтобы улавливать любой звук, который вы обычно слышите, и передавать его дальше. На самом деле, если бы вы захотели, то вы смогли бы переключить его на самый высокий уровень чувствительности и в принципе слышать то, что не смогли бы услышать в обычном случае. Однако я бы не советовал играть с настройками, пока вы к нему не привыкнете.

— О, я думаю, что смогу достаточно легко противостоять этому искушению!

— Хорошо.

Мерлин протянул ей прозрачную маленькую пробку и помог вставить её в ухо. Он был прав. Поначалу возник момент небольшого дискомфорта, когда ушной канал стал заблокирован, но затем «ретранслятор», казалось, почти исчез, так как он идеально соответствовал форме её уха.

— Эта вещь также сделана так, чтобы позволить уху дышать и предотвратить скопление пота, — сказал ей Мерлин. Его голос прозвучал немного странно. Он определённо принадлежал ему, но в нём был какой-то странный, новый тембр. Это была мелочь, и она была уверена, что быстро привыкнет к ней, но всё же её охватила дрожь, возбуждение от осознания того, что она использовала по крайней мере крошечную часть «технологии», которую Лангхорн и Бе́дард украли у человеческой расы много веков назад.

— Теперь о том, как запрограммировать «коммуникатор», — начал Мерлин, но внезапно остановился, так как Кайлеб поднял левую руку и помахал указательным пальцем перед носом сейджина.

— Ты сказал мне, что тебе понадобится всего несколько минут, чтобы объяснить ей всё это, — сказал император. — И теперь, когда я думаю об этом, ты же мог бы объяснить всё это с помощью этого «аудио-ретранслятора», в то время, когда мы полетим обратно в Корисанд, не так ли?

— Да — ответил Мерлин. — И вы упомянули об этом, потому что…

— Потому что вам с Эдвирдом пора найти колоду карт, — язвительно ответил ему Кайлеб. — Я не видел свою жену почти шесть месяцев. И я намерен наверстать упущенное, прежде чем мы с тобой вернёмся в Корисанд. Прямо сейчас.

— Ох.

Мерлин взглянул на Сихемпера. Сержант неприкрыто ухмыльнулся, и Мерлин пожал плечами.

— Просто помните, что нам нужно вернуться до тех пор, пока в Корисанде не наступит рассвет, — сказал он мягко.

— О, я запомню. Но ты, кажется, был тем, кто говорил мне, что мы могли бы вернуться обратно за девяносто минут, если бы захотели.

— Я сказал, что в случае крайней необходимости мы можем вернуться за полтора часа, — поправил его Мерлин.

— И если мое желание провести пару часов не считается «крайней необходимостью», тогда, чёрт возьми, так и должно быть.

Шарлиен изо всех старалась сил не захихикать, а Сихемпер покачал головой, глядя на Мерлина.

— Есть вещи, с которыми даже сейджин не может сражаться, даже если он на самом деле восьмисот- или девятисотлетний ПИКА, — сказал гвардеец.

— Да, я вижу, — сказал Мерлин с улыбкой на лице.

— Пошли, — Сихемпер дёрнул головой в направлении балкона Шарлиен. — Если ты забыл захватить карты, у Её Величества есть пара колод в её гостиной.

Июль, 893-й год Божий

.I.

Дворец князя Гектора,

Менчир,

Лига Корисанда

— Думаю, пора, — кисло сказал князь Гектор.

Они с графом Тартаряном остались одни в маленькой совещательной комнате. Князь стоял, заложив руки за спину, и смотрел из окна башни на крыши своей столицы. Там в дали, за широкими синими водами гавани, его невооружённый глаз мог разглядеть крошечные белые мазки на горизонте. Паруса. Паруса черисийских шхун, скользящих, наблюдающих, ждущих, чтобы свистнуть своих более крупных и могущественных сестёр, если какой-нибудь корабль его флота окажется достаточно глупым, чтобы отважиться выйти из-под защиты береговых батарей.

«По крайней мере, это лучше, чем смотреть в другую сторону», — кисло подумал он. — «Осадные рубежи и артиллерийские позиции гораздо более… неприятны».

— Мой князь, я… — начал было граф.

— Я знаю, что ты собираешься сказать, Терил, — перебил Гектор, не отрывая взгляда от гавани, — и ты прав. При таких темпах, мы можем продержаться здесь, в столице, по крайней мере, ещё три-четыре месяца. Собственно, наверное, даже больше. Так что нет, положение всё ещё не совсем безнадёжно. Но это моя точка зрения, на самом деле. Если я сейчас предложу Кайлебу начать переговоры, то это будет самое близкое к позиции силы, которую я, вероятно, найду. И, — он тонко улыбнулся, — по крайней мере, Айрис и Дейвин вне его досягаемости.

Несмотря на все усилия, выражение лица Тартаряна выдало его, и Гектор резко рассмеялся.