Читаем Мстительный дух полностью

Аксиманд сжал обернутую кожей рукоять обоюдоострого меча, держа клинок перед собой, и ощутил, как вернулась последняя часть него, отсутствие которой он даже не замечал. Желобок плотно покрывала свежая гравировка, поблескивающая в свете пламени демонической твари. Аксиманд почувствовал в клинке смертоносную мощь, не имеющую ничего общего с энергетическими лезвиями.

— Мне нужны ты и твой меч, Маленький Гор Аксиманд, — произнес Магистр Войны. — Война на Молехе станет испытанием для всех нас, а ты без него — это не ты.

— Мне стыдно, что не я восстановил его лезвие.

— Нет, — ответил Гор. — Сын мой, для меня честь, что я смог сделать это для тебя.

В бытность свою технодесантником Ультрадесанта Аркадон Киро научился множеству вещей, но лучше всего он усвоил, что не бывает двух машин с полностью одинаковым нравом и манерой вести себя. Каждая из них была столь же индивидуальна, как и воины, которых они несли на битву, и у них также бывало заслуживающее памяти наследие.

«Королева Сабэна» служила для этого лучшим примером, какого можно было пожелать. Сделанная на Терре «Грозовая птица» возглавляла триумфальный пролет над Анатолией в последние дни перед тем, как XIII Легион вместе с XVI и XVII Легионами начал кампанию по очистке лунных анклавов от культов Селены. Киро тогда еще не родился, но чувствовал гордость «Королевы Сабэна» от участия в первом настоящем сражении Великого крестового похода.

Это был горделивый, даже надменный воздушный корабль, но Киро скорее был согласен пилотировать гордую машину, чем возмущенную плохим обращением рабочую лошадку. Он направил «Королеву Сабэна» в вираж вокруг пиков на восточной оконечности плоскогорья Унсар, резко сбросив высоту и подстегнув двигатели, когда с местности внизу открыли огонь. Облет полуострова Энатеп с проверкой готовности обороны был долгим, и «Грозовая птица» заслужила возможность размять крылья.

До горы Железный Кулак на горизонте тянулись бурые холмы и золотистые поля. Молех напоминал очень многие из Пятисот Миров, его испещряли успешные общины земледельцев и крест-накрест пересекали широкие дороги, магнитные магистрали и поблескивающие ирригационные каналы. Планету привели к Согласию, не испытав нужды воевать, однако — по неизвестным Киро причинам — она до сих пор могла похвастать многомиллионными гарнизонными силами.

На земле еще были свежи следы Ультрадесантников, недавно размещенных в рамках регулярной ротации сил Легиона между Ультрамаром и Молехом. Варед из 11-го ордена с честью возвратился на Макрагг, передав Аквилу Ультима Кастору Алкаду, легату Второй боевой группы 25-го ордена.

Говорили, что воинство Магистра Войны находится где-то на северных границах, и на Молехе, скорее всего, нельзя было снискать особой славы, но мало кто из воинов так нуждался в славе, как Кастор Алкад.

До сих пор карьера Алкада была непримечательна. Он получил мантию легата как следствие своего послужного списка, который говорил о нем, как о воине с должным усердием и необходимыми способностями, однако без большого таланта.

Под руководством Алкада Вторая боевая группа получила во многом незаслуженную репутацию невезучей. Перешептывания в арсеналах превратились в «факт» из-за двух конкретных происшествий в последние тридцать лет.

На Мире Варна они сражались вместе с Девятой и 235-й ротами, чтобы сокрушить орду зеленокожих из скопления Геннай. Алкад координировал утомительную фланговую кампанию, выбивая диких зеленокожих с горных просторов, и прибыл спустя час после того, как Клорд Эмпион полностью сокрушил вражеское воинство в битве за дельту Сумаэ.

В ходе финального штурма пещерных городов Горстела наступление Алкада по нижним мануфактурам из-за серии сбоев маркеров ауспика по ошибке свернуло в тупиковые аркологии. Роты Второй боевой группы безнадежно заблудились в лабиринте туннелей, и Эйкосу Ламиаду с его воинами пришлось драться против биомеханической армии Кибар-Мекаттана без поддержки.

Героически вырванная Ламиадом победа укрепила его и без того внушительное положение и привела к назначению его тетрархом Конора, в то же время подтвердив репутацию Алкада — который не был ни в чем виноват — как очевидной посредственности.

Говорили, что даже сам Мстящий Сын высказался по этому поводу, заметив: «Не каждый командир может быть гордым орлом, некоторые должны кружить около гнезда и дать прочим лететь дальше».

У Киро были сомнения насчет подлинности реплики, но, судя по всему, это не имело значения. Те, кто знал о репутации Алкада, именовали его «Запасной Тетивой» — Филум Секундо — забывая, что изначально запасная тетива лучника должна была быть столь же прочной и надежной, как первая.

В ухе Киро зачирикало сообщение ауспика об угрозе — батарея противовоздушных орудий «Гидра» на вершине горы демаскировалась и навелась на «Королеву Сабэна». Он передал союзный импульс, сообщая стрелкам, что является своим, и угроза пропала с планшета.

— Пушки плоскогорья Унсар? — спросил легат Алкад, появившись в люке между кабиной и десантным отсеком.