Читаем Мракобесие для простаков полностью

*"Драконов особенно много у китайцев, это хорошо видно и по сей день. Китайские драконы не выдумка, но как и змеи, аллегория. Намеки на природу таинственных существ, скрытых под маской Змиев-Драконов, говорят об их сверхестественной мощи, о способности управлять силами природы и одновременно указывают на их физическую земную природу, которая скрывала высшие духовные свойства, высшие психические силы.(...) Афоризмы в древнейших китайских манускриптах открыто говорят, что "Дракон" - не чудовищное животное, но божественное Существо в облике человека. "Мудрость Его и добродетель неизменяемы", - говорят китайские манускрипты. (Л.Дмитриева "Тайная Доктрина Е.Блаватской в некоторых понятиях и символах", Магнитогорск, 1994) _____

1.4. Происхождение демонов, "гневные божества" и прочие страшные сказки о буддизме

Откуда появились "демоны буддизма" в книге диакона Кураева? Рассмотрим цитируемый автором отрывок: "В Тибет махаянистский буддизм пришел в VII веке. В IX веке он проник из аристократии и ученых кругов в народ в форме ламаизма, основанного Падма Самбхавой. Придя в Тибет, он начал строить монастырь Самье. Однако демоны противились стройке - но Падма Самбхава покорил их и превратил в слуг, которые и закончили строительство. Так родилась излюбленная поговорка Е. Рерих: "демоны строят храм". Кроме того, основатель ламаизма, победивши дьявольские силы, выдвинул и более долгосрочное условие для освобождения демонов. Отныне они были обязаны защищать буддистское правоверие". [3]

Как известно, поговорка о строящих храм демонах (джиннах) базируется на более ранней Библейской легенде (строительство храма Соломоном) и суть этой аллегории заключается не в силе колдовства, а в преодолении трудностей и сопротивления врагов, помогающих строить храм духа человеческого.

Именно об этом говорит Е.И.Рерих: "По всей истории человечества мы видим, что именно джинны строят храмы. Очень показательна легенда о построении джиннами храма Соломона. В жизни на этой ступени эволюции это непреложный закон. Враги и неведомые помогают вознести то, что соглашающимися принимается и часто замалчивается." (14.01.37) [18]

Непонятно, на кого рассчитаны подобные смысловые подтасовки? Ведь только отсутствием более серьезных аргументов можно объяснить пристрастие А.Кураева к чисто аллегорическим сюжетам. При этом, очень трудно поверить в искренность автора, когда подобные сюжеты выбираются в качестве основы для дальнейших разоблачений: "Опираясь на это предание, заискивание именно перед этими жестокими и кровожадными гениями заняло первенствующее место в народном культе". [3]

Не менее серьезным свидетельством А.Кураев считает рассказы Ф.Оссендовского из книги "Звери, Люди и Боги", который, по его словам, "...отказывается давать какую-либо оценку тому, что он встретил; он просто рассказывает" [3]. Возникает вопрос: какие выводы может сделать человек, волею судьбы оказавшийся в Тибете, но не имеющий глубоких представлений о тибетском буддизме? Насколько известно, Ф.Оссендовский не был ученым-тибетологом или этнографом, а был экономистом - министром финансов в правительстве Колчака. Для большей значимости своих ссылок, говоря об Оссендовском, А.Кураев добавляет: "Как и Рерихам, тибетские ламы открыли ему тайну о подземной Шамбале и ее Правителе". Однако, если судить по свидетельствам европейских путешественников и исследователей, тибетские ламы далеко не с каждым европейцем говорили о священных для буддистов понятиях и далеко не каждый исследователь буддизма мог рассчитывать на доверие тибетских лам. Есть достоверные свидетельства о том, что Н.К.Рерих пользовался высоким доверием и уважением буддийских лам Монголии и Тибета. Во время экспедиции по Тибету ему была оказана большая честь - проживание в бывшей резиденции Далай ламы V*, одного из самых ученых и прославленных правителей Тибета. В книге Н.К.Рериха "Шамбала Сияющая" мы можем найти диалог путешественника с ламой, где они говорят о священной стране Шамбале и ее Владыке. В ходе беседы лама очень осторожно, только полунамеками подтверждает предположения собеседника, но эта информация никак не согласуется с теми описаниями, что содержатся в книге Ф.Осендовского. А на картине Н.К.Рериха "Приказ Ригден Джапо" (1927 г.), изображающей Владыку Шамбалы, мы не обнаружим даже приблизительного сходства с тем описанием, что приводит русский министр-путешественник.

Вот как А.Кураев комментирует описание Царя Мира со слов некоего монаха, якобы хранителя библиотеки Далай-ламы: "Вот и я так считаю. Я человек легковерный и доверчивый. Если лама так говорит - значит, так оно и есть. Только слишком уж инфернальные черты сквозят в этом описании царя подземного мира. "Слишком инфернальные" - не для того, чтобы не поверить ламе и Оссендовскому". [3]

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кино
Кино

Жиль Делез, по свидетельству одного из его современников, был подлинным синефилом: «Он раньше и лучше нас понял, что в каком-то смысле само общество – это кино». Делез не просто развивал культуру смотрения фильма, но и стремился понять, какую роль в понимании кино может сыграть философия и что, наоборот, кино непоправимо изменило в философии. Он был одним из немногих, кто, мысля кино, пытался также мыслить с его помощью. Пожалуй, ни один философ не писал о кино столь обстоятельно с точки зрения серьезной философии, не превращая вместе с тем кино в простой объект исследования, на который достаточно посмотреть извне. Перевод: Борис Скуратов

Владимир Сергеевич Белобров , Дмитрий Шаров , Олег Владимирович Попов , Геннадий Григорьевич Гацура , Жиль Делёз

Публицистика / Кино / Философия / Проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Юмористическая фантастика / Современная проза / Образование и наука
Философия
Философия

Доступно и четко излагаются основные положения системы философского знания, раскрываются мировоззренческое, теоретическое и методологическое значение философии, основные исторические этапы и направления ее развития от античности до наших дней. Отдельные разделы посвящены основам философского понимания мира, социальной философии (предмет, история и анализ основных вопросов общественного развития), а также философской антропологии. По сравнению с первым изданием (М.: Юристъ. 1997) включена глава, раскрывающая реакцию так называемого нового идеализма на классическую немецкую философию и позитивизм, расширены главы, в которых излагаются актуальные проблемы современной философской мысли, философские вопросы информатики, а также современные проблемы философской антропологии.Адресован студентам и аспирантам вузов и научных учреждений.2-е издание, исправленное и дополненное.

Владимир Николаевич Лавриненко

Философия / Образование и наука