Читаем Москва полностью

Я повернулся, чтобы он оставался на расстоянии вытянутой руки. Я не верю, что после первого удара прошла и минута. Я направился в Барнисек с острием стрелы. Я чувствовал легкое сопротивление кончику, пока он не проник ему в горло и не начал двигаться дальше. Он собирался ударить меня своим большим кулаком в лицо. Он мог даже достать кулаком. Затем он умер на месте. Яд подействовал бы в течение десяти секунд. Прошло намного меньше времени. Когда Барнисек умер, он просто упал в снег. Жесткость исчезла с его лица, и он стал похож на маленького уродливого ребенка.

Пуля отбросила снег мне в левую ногу. Вторая пуля угодила далеко справа. Некоторые мужчины пытались обрызгать огонь водой, но вода в шлангах замерзла. Я решил запустить еще несколько гранат.

Я убежал, вытащил из пояса синие капсулы с огнем и выбросил их как можно быстрее.

Ириния исчезла!

Эта мысль ударила меня как пощечина. Помню, ее окружали четверо солдат. Она выключила два; она получила сильный удар сзади, когда один из них поднял ее и унес. Куда?

Вокруг бушевали пожары. Два небольших здания были не чем иным, как дымящимися заборами. Третий корпус тоже горел. Пламя просочилось даже на внешнюю стену главного здания. Должно быть, они привезли туда Иринию.

Я, тяжело дыша, огляделcя. Солдаты были заняты тушением пожаров. Там было двенадцать, тринадцать мест, где горели капсулы. Мое дыхание напоминало пар старого локомотива, поднимающегося в гору. И было холодно. Мои губы были жесткими, я почти не чувствовал их кончиками пальцев. Русские морозы победили две мировые державы. Народ бежал от могущественной армии Наполеона, которая все сожгла на своем пути. И когда французы оказались в самом сердце России, ударила жестокая зима. Они оказались побеждёными и истощенными, когда наконец вернулись во Францию. То же произошло и с гитлеровскими войсками.

Я не шел против матушки-России, но, если я быстро не согреюсь, я тоже стану жертвой зимы. Снег шел сильнее, так сильно, что я почти не мог видеть солдат вокруг. Но вышло хорошо, меня тоже не видели.

Я пробирался в сторону главного здания, когда мимо прошла группа из четырех человек. Снег отражал пламя, так что вся окружность освещалась красным светом. Моя тень была огненно-красной и дрожащей. Четыре солдат казались восемью. Каким-то образом они набрали воду из одного из шлангов и начали поливать пламя. Я осторожно двинулся вдоль стены, пока не добрался до угла. Дверь должна была быть за углом. Когда я посмотрел прямо перед собой, то увидел разбитый забор и грузовик в сугробе. Если бы мы с Иринией не могли быстро выбраться отсюда, машина была бы полностью засыпана снегом.

Из-за угла вышел солдат и увидел меня. Его рот открылся. Он поднял винтовку, в то время как я опустил кулак ему в трахею. Мой следующий удар пришелся по нему, когда он упал. Это стало его смертью.

Я повернул за угол и положил руку на дверную ручку. Бросив последний взгляд на заряжающуюся адскую среду, я открыл дверь и вошел внутрь. Меня поразила тишина. Полная тишина. Света было не так много. Это было похоже на большой заброшенный склад. Стена была бетонной, стены были деревянными, а высота потолка составляла 7 метров. Я наклонил голову и прислушался.

Был звук, но я не мог его идентифицировать. Это походило на стаю крыс, громкий скрипящий звук. Но это были не крысы, это было что-то другое.

Склад был разделен на отсеки. Звук исходил откуда-то спереди, где я ничего не видел. Мои ноздри наполнились соленым запахом, как от моря или бассейна. Воздух был влажным. Я знал, что поблизости должна быть вода.

Ирина должна была быть где-то здесь. Казалось, вокруг меня было только пустое пространство. Передо мной была преграда, из-за которой я не мог видеть, откуда исходят звуки: несколько цилиндрических емкостей размером с винные бочки. Они были огромные две из дерева и один из стекла. Они были пусты.

Я проклинал себя за то, что не смог подобрать одну из винтовок. Когда я хотел обойти бочки в направлении скрипящего звука, я услышал еще один звук.

Это было слева. Это звучало так, будто кто-то хлопал в ладоши. Но в нем не было линии, как будто он держал ритм. Затем я смутно услышал приглушенный звук из чьего-то разговора.

Я прижался к стене и медленно двинулся в направлении звука. Передо мной снова стояла огромная бочка. Что бы они там ни делали, они что-то задумали. Обходя большой контейнер, я увидел в десяти метрах небольшой квадратный офис. Голос стал яснее. И никто не хлопал в ладоши. Кто-то ударил кого-то по лицу.

Рядом с дверью офиса было окно. Внутри светился свет. Подойдя ближе, я узнал голос. Это был Серж Краснов. Но в его голосе был странный тон. Я скользнул к точке, где стена офиса соединялась со стеной большого здания. Я наклонился и соскользнул по стене офиса. Прямо под окном я остановился. Дверь в офис была открыта, и я хорошо слышал Краснова. Свет, пробивавшийся через окно, попал мне на голову. Я слушал.