Читаем Москва полностью

Граждане!

Ноги промокли, брюки испачканы – вот наши осенние с природой препирательства!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Форма заявления должна соответствовать предмету и содержанию его!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Вот я стою с скрещенными на груди руками, а вы мимо идете!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Вот вы идете по зоне отдыха, и вдруг сзади ягуар вас за плечи обнимает!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Приглядитесь – это же все ваше собственное!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Дети бегут вам навстречу на пороге дома вашего, и вам опять кажется, что вы никогда его не покинете!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

С самолета как будто все яснее видно, но непонятно, что этому всему в грех вменено!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Что из всего этого мы одним своим воображением воздвигнуть смогли бы?!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Звуки музыки часто звучат в ушах наших как бы самопроизвольно – и это дивно!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Листья осыпались, иней укрывает их по утрам ранним – кто, кто заметит это?!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Честность угадывается по первому же жесту вашему!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Вот он кричит: Елена, не мешай мне! – а чем она ему мешает?!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Каждый раз мне кажется, что кто-то из подъезда по ночам зовет меня!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Хочется большей простоты общения!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Телевизор поворачивается к нам лицом своим, и словно мысли разнообразные пробегают по челу его!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Вот я шел здесь вчера и на глине оскользнулся!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Когда я вспоминаю детство свое, то многое представляется как бы даже не имевшим места, но лишь время, и это время – детство!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Зажгите лампу, сядьте за стол и скажите: Вот я и дома!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Отчего это детишки так трогательно смотрят в глаза наши – они ангелы, не иначе!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Я вам сказал уже почти все, что было мне отпущено!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Уже мало чего на свете может оживить меня!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Выходите рано поутру и спешите к роще, вдали зеленеющей!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Я шел, и вдруг сзади меня эстонская речь раздалась – а ведь Москва!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Вот мы собрались, поговорили и разошлись, а знак пребывания нашего до сих пор висит в месте том!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Чем-то мне все это напоминает начало века!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Радостью переполнено сердце мое, и это не редкость!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Замечали ли вы, что природа по осени как будто чуждается нас – а мы?!

Дмитрий Алексаныч
Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги