Читаем Московский Кремль полностью

Существует и еще одно, очень поэтическое предание, будто суздальский князь Юрий Долгорукий возвращался со своей дружиной из военного похода. Путь проходил через темные леса и топкие болота. Неожиданно посреди болота воины увидели невиданного зверя с тремя головами и разноцветной шерстью. Видение длилось недолго: зверь растаял, словно туман. Юрий Долгорукий попросил греческого философа растолковать дивное явление. Философ сказал, что это знамение: поблизости должен вырасти великий город с укреплениями, который будет иметь треугольную форму. Всевозможные народы съедутся к этому городу, и станет он центром величайшего царства.

Проехав дальше, князь Юрий увидел укрепленный поселок на вершине холма и решил, что, наверное, он и станет центром великого царства. Однако владелец имения, боярин Кучка, не только не оказал должного уважения князю, но даже не пожелал пригласить его в дом, как того требовали законы гостеприимства. После этого строптивый воевода и его люди были убиты. Спасся только воевода Букал, который увел с собой детей Кучки. Впоследствии Букал и эти дети отомстили Юрию Долгорукому. Букал стал жить как отшельник поблизости от Москвы.

Прошли годы, и он рассказал дочери Кучки Улите, как убили ее отца. После этого дети боярина Кучки убили старшего сына Юрия Долгорукова Андрея Боголюбского.

Но это тоже одно из преданий, а потому удовольствуемся сообщением, оставленным Ипатьевской летописью, которая приводит приглашение Юрия Долгорукова своему брату, датированное 1147 г.: «Приди ко мне, брате, в Москов». Это название родственно таким, как Серпухов, Псков, Чернигов… Приверженцы финноугорской гипотезы считают, что словом «Москва» именовалась река, протекавшая около Боровицкого холма; перевод же ее звучит как «медведица». Очень интересное предположение, однако сторонники славянской версии считают, что «Москва» означает не что иное, как «топкая, болотистая». С этим трудно спорить, поскольку территория, на которой расположилось поселение, в полной мере отвечает всем этим требованиям.

К 1156 г. Москва представляла собой крупное поселение, расположенное на высоком Боровицком холме. В это время на берегу Москвы-реки и устья реки Неглинной уже выросли деревянные, хорошо укрепленные стены. С тех пор Москва стала быстро разрастаться и развиваться, чему способствовало выгодное для ведения торговли географическое положение, поскольку в районе Москвы-реки, Неглинной и Яузы перекрещивались наиболее значительные для Руси торговые и военные пути.

Долго Русь не являлась единым государством. Удельные княжества были не только обособленны, но и постоянно враждовали между собой. Это ослабляло страну и делало ее легкой добычей для врагов. В XIII столетии монголотатары вторглись в пределы русских земель, многие из них захватили и разорили. Тверская летопись свидетельствует, что в 1238 г. хан Батый захватил и уничтожил Москву. В пожаре погиб и Кремль со всеми его постройками. С тех пор еще не раз Москва страдала от набегов иноплеменников, но каждый раз находила в себе силы возродиться из пепла и вновь начинать борьбу за свою независимость.

Для превращения деревянной крепости Москва в столицу княжества особенно много в это время сделал князь Даниил Московский, сын святого благоверного князя Александра Невского. Он проявил себя очень дальновидным политиком и рачительным хозяином. Даниил явился инициатором основания пяти монастырей, благодаря ему границы Московского княжества значительно расширились, наконец, он продолжал политику объединения русских земель вокруг Москвы.

В XIV столетии особенно тонкой и умелой политикой прославился Иван Калита, который во время своего правления, невзирая на тяжесть монголотатарского ига, сделал все возможное для укрепления Московского княжества, способствовал росту его политического и экономического влияния. Калита сумел получить в Золотой Орде ярлык на великое княжение, после чего первым делом расправился с самой серьезной конкуренткой Москвы – Тверью. После этого безусловное первенство Москвы ни у кого уже не могло вызвать сомнения.

Все последующие поколения должны быть благодарны Ивану Калите за установившуюся при нем «сорокалетнюю тишину». Князь договорился с ханом Узбеком об изменении порядка сбора дани с русских князей. До Калиты этим делом занимались ханские баскаки. Умный политик сделал Узбеку заманчивое на первый взгляд предложение: русский князь сам будет собирать дань со своих подданных, а заодно гарантирует ее существенное увеличение. С этим трудно было не согласиться, и разорительные набеги на Русь прекратились. За этот период времени – 40 лет – успело вырасти новое поколение русских людей, не знакомых с унижениями, подобно своим отцам и дедам. Это поколение с другим национальным самосознанием, не привыкшее подчиняться давлению иноплеменников, вышло на Куликово поле и разгромило татарские полчища.