Читаем Московские легенды полностью

   К сожалению, нашей беседе мешал знакомый Гаврилы Семеныча: у него явился позыв "дерябнуть" еще, а денег не было "ни копья", и он принялся приставать к нам, чтобы мы "сообразили" еще "половинку". "Сообразить" ее мы не могли, и он стал обходить трактирных посетителей, выпрашивая "на хлеб". Но и тут постигла его неудача: его отовсюду гнали. Он с досады пошел "крыть матом" направо-налево и кончилось это тем, что его выпроводили из трактира "с зашейным маршем", т. е. вытолкнули взашей. И нас попросили оставить заведение, потому что мы, по объяснению полового, "компаньены этого холюга-на". Чтобы избежать скандала, нам пришлось оставить трактир.

   Я записал рассказ о колдунах и ведьмах и легенду о Распутине, царице и Николае Романове. Рассказ оставляю себе, а легенду сообщаю вам.

* * *

   Как залез Распутин в дворец, каким средством нашел он туда дорогу, в точности не знаю. Слышал, будто одни генерал обнаружил его и привез у наследника кровь унимать. А наследник совсем хилый был -- носом кровь шла. И какие только доктора не лечили, и чего-чего только не делали! По заграницам возили и профессорам показывали, а все никакой помощи, никакого облегчения! И совсем пропадает царенок. Тут генерал и привез Распутина.

   -- Вот, говорит, кто мастер лечить.

   Видно, знавал его раньше, а иначе как же? Не стал бы перед царем так говорить.

   И вот будто с той поры Распутин и засел во дворце. А сам из мужиков был, да и мужик неважный: пьяница и в остроге сидел -- корову попер, ему и дали за это восемь месяцев тюремного заключения. И уже старый был. Только все же какой он ни был пьяница и вор, а не простой человек был: знал разные штуки, умел составы делать -- будто травы варил, корешки в ступе толок, вроде как аптекарь. И приготовил такое лекарство. Дал наследнику -- у того кровь и унялась. А другие говорят, будто он знал слово кровь заговаривать... Уж не знаю, как это происходило, а только прижился он во дворце и как принялся оказывать свою премудрость, то и пошло по всему дворцу пьянство, потом и разврат пошел... Надымил этими составами, туману напустил, и стали все ровно бы сумасшедшие.

   Старый, а уж такой бабник, такой ходок -- где уже там молодому угнаться за ним! Молодому-то и во сне того не приснится, что он разделывал! И опять-таки тут корешки эти его, травы разные: пастилу из них такую изготовил, лепешечки такие -- даст какой даме кусочек, она съест и сделается сама не своя, так и льнет к нему, так и льнет... Ведь вот какую антимонию придумал!

   Ну, да ведь он придумает! Кому другому и в ум не придет, а он умел. С головой парень был, не мешком из-за угла прибитый!..

   И будто дал он этой пастилы царице... Сумел дать. Ему ли не суметь? Вот и дал. И как она покушала, то и взыграла. И такое началось во дворце, такой пошел садом-гамора, что и не скажешь. Которые тогда бывали во дворце, так прямо говорят: "Это не дворец, а кабак и развратный дом!" Вот до чего дошло!

   Пьянствовали все напропалую, а про Николая и говорить нечего: он и раньше тверезый почти дня не бывал, а как пришел Распутин, так в дворце ничем и не пахло, окромя водки. Кабак, да и только!

   Собрались мастера выпить: Николай не пролей капли был, а Распутин -- так уж прямо луженая глотка. Прорва настоящая: сколько ни пьет -- не скажет "довольно".

   И до того он распьянствовался, расхамничался, что удержу нет. Нажрется и давай кого ни попадя матерью ругать, а не то -- песни похабные примется орать. А Николай только посмеивается, будто так и полагается. Вот до какой линии дошли тогда в царском дворце. Такое позорище на всю Расею пустили... И никакой совести нет. Война идет, Расею продают, грабят, разоряют, а Николаю это ничего, ровно бы так и надо. Ему все нипочем, лишь бы водка была да Распутин при нем -- вот как опутал его Распутин!

   Ну, да эти шнурочки, веревочки эти от царицы шли: она уже давно Расею продавала Вильгельму. И такой уговор был у нее с ним: Николая с престола сковырнуть, а ей бы самой царствовать. Дескать, наследник малолеток, к тому же больной, вот ей полная воля распоряжаться, командовать всем.

   Ну, Вильгельм, разумеется, не даром старался, хотел половину Расеи себе оттяпать, какая получше, а похуже -- царице оставить, а Николая по шапке, в отставку, пусть пьет с Распутиным своим, водки хватит... Может, и Распутина Вильгельм подсунул, чтобы Николаю веселее было пить. Конечно, не сам подсунул, а его денежки -- они тут работали.

   Заранее сделали распределение Вильгельм и царица, да расчет ихний не вышел: как убили Распутина, так и самую царицу с Николаем сковырнули.

   И будто за княгиню убили Распутина: будто и ей он дал порошков -- не порошков, а этой пастилы. А князья озлились.

   -- Царица, говорят, как хочет, это ее дело, но только чтобы наших жен не трогал.

   Только, думается, не через княгиню, а просто насточертел он всем. Ну, и взяли его в разделку.

   И он учуял, что гроза над ним собралась, из дворца -- ни ногой. Зовут его князья обедать, а он нейдет:

   -- Я, говорит, нездоров.

   Ну, они другое придумали.

   -- Приехала, говорят, из Москвы красотка, хочет в отношении знакомства...