Читаем Московские легенды полностью

   А Брюс-то вон как шагал: на тысячу лет вперед погоду предсказывал. А теперь эти самые барометры. Посмотришь -- одно только смехотворство. Указывает стрелка: "ясная погода". А на дворе-то жарит дождище как из ведра. По мостовой реки бегут. Что же это, мол, ваш инструмент врет? Говорит: "ясная погода", а вон какой хлещет дождь! Или, по-вашему, называется это прекрасная погода?

   -- Да тут, говорит, что-то винтик в каприз ударился.

   -- И примется крутить этот винтик. -- Теперь, говорит, в полной исправности.

   -- А что, спрашиваю, показывает?

   -- Да теперь, говорит, на завтрашний день предрекает: "пасмурно, а к вечеру дождь".

   Ну, утром встаешь... Солнце -- и ни единой тучки!.. Ну, думаешь, к вечеру дождь соберется... И вечером хорошая погода, и заря ясная... -- Что же это, мол, наше здоровье, механизм-то ваш подгулял? Вы бы салом его смазали, что ли...

   -- А чорт его знает, что он врет! Только, говорит, зря деньги загубил на такую дрянь! -- да обземь его... И вылетели винты, стрелки, пружинки дурацкие, крючочки - этот поганый механизм...

   А почему он действует с обманом? А все по единственной причине: слаба гайка -- дойти не могут и только пыль в глаза пускают. На словах -- мастера: все теория-матушка отдувается, а как практики коснется, то и примутся выдумывать эти стрелки, стержни. Понятно, без теории практики не бывает, но практика теорию побивает. А у Брюса всегда теория с практикой сходилась. Вот от этого самого и ошибки не выходило... Ну, и голова на плечах была, а не тыква!

   А вот насчет смерти его не знаю, как и сказать: тут надвое рассказывают. Одни говорят, что лакей не полил его живой водой. Это будто он выдумал живую и мертвую воду, чтобы стариков превращать в молодых. Вот взял, изрубил в куски своего лакея. А тот лакей был старый... Ну, изрубил, перемыл мясо, полил мертвой водой, все тело срослось, полил живой водой -- лакей стал молодым. Потом Брюс сам захотел помолодеть. Научил лакея. Вот изрубил его лакей, полил мертвой водой -- тело срослось. А живой водой не полил. Ну, видит -- умер, похоронили...

   А вернее всего он улетел, потому что ежели бы он умер, то остался бы воздушный корабль, а то его нигде не могли найти. Это так и было: сел на корабль и полетел, а куда -- неизвестно. И трубы забрал с собой. Вот начальство видит -- нет Брюса, и написало царю: "Брюс неизвестно куда девался, какое распоряжение будет насчет его книг, порошков?" А Петр написал: "Не трогать до моего приезда". Через сколько-то времени приезжает. Заперся в башне и трое суток рассматривал книги, порошки. Туда ему обед и ужин подавали. А народ собрался, ждет, что будет. Вот на четвертые сутки приказывает царь вылить в яму все эти Брюсовы жидкости, а порошки сжечь на костре, книги и бумаги замуровать в стену этой самой башни.

   -- Но, говорит Петр, главных-то книг нет. Должно быть, спрятал в потаенном месте.

   Ну, замуровали. И приказал царь запереть башню на замок и сам печати к двери приложил сургучные. И приказал поставить часового с ружьем. И уехал царь, и тут вскорости помер.

   После него другие царствовали. А только у Сухаревой башни все ставят часового. Вот стала царствовать Екатерина Великая. Докладывают ей насчет Сухаревой башни. Она говорит:

   -- Не я ее запечатывала, и не мне ее распечатывать. А часовой, говорит, пусть стоит. Как, говорит, заведено, так пусть и будет.

   Ну и другие цари такой же ответ давали.

   Вот взошел на престол Александр Третий. Был он на коронацию в Москве. Едет осматривать город и проезжает мимо Сухаревой башни. Часовой встал на караул -- честь отдает. Вот царь спрашивает генерала:

   -- А что хранится в этой башне? А генерал отвечает:

   -- Не могу знать.

   Царь приказал кучеру остановиться, выходит из коляски, спрашивает часового:

   -- Что ты, братец, караулишь?

   -- Не могу знать, ваше императорское величество, -- говорит часовой.

   Смотрит царь -- висит замчище, может, фунтов в пятнадцать, и семь печатей сургучных со шнурами привешены. Стал спрашивать генералов -- ни один не знает, что в этой башне хранится. Время-то прошло много, как она запечатана была. Которые знали, те давно поумирали, а новым эта башня без надобности. Вот царь требует ключ. Кинулись искать. А где его в чертях найдешь, когда его и в глаза никто не видел, какой он есть! Тут генерал объяснил:

   -- Это, говорит, по неизвестному случаю башня запечатана, а где находится ключ, тоже никому не известно.

   Рассердился царь.

   -- Что за порядки, говорит, такие дурацкие: не знают, что в башне хранится! Тащи лом, командует, тащи молот!

   Живо притащили. Засунули лом... Только не поддается замок.

   -- Бей молотом! -- командует царь. И принялись наяривать молотом по замку.

   Насилу сбили с двери. Ну вот, отворили дверь, входит царь, смотрит -- все пусто кругом, стоят голые стены и больше ничего. Тут царь опять рассердился:

   -- Какого же, говорит, чорта здесь караулили? Пауков, что ли? Только, говорит, это не такая драгоценность, чтобы из-за такой сволочи ставить караул!