Читаем Море Вероятностей полностью

Проект дарил ему всё, что ему нравилось в жизни: свободу и власть, обладание тайнами и огромные прибыли, увлечённость и энергию и, что ещё приятней – сознание, что он растёт как личность и утверждает себя в мире. Данкмар нечасто и самому себе признавался в подобных романтических мотивациях, но они были, и они его вели.

Демон медленно вращался по часовой стрелке. «Я не сомневался», — хмыкнул Данкмар, посмеялся сам над собой и убрал маятник на место. Всё ещё улыбаясь, он попросил у официантки бутылку минеральной воды, лучшей, какая найдётся, и впервые по–настоящему пригляделся к певцу.

Всё было понятно и просто.

Парень Данкмара раздражал.

И не только его: Данкмар с удовольствием отметил это. Он раздражал прелестницу Дисайне. Многие юнцы в «Клумбе» болтали вслух, чтобы не слушать приятеля. Ему определённо не стоило завывать «Если я ветер» в своей омерзительной манере, и вдвойне не стоило заводить «Струны любви» под аккомпанемент здешнего разгуляй–хора.

В промежутках между «хитами» юноше щедро наливали. Он уже забывал слова. Окажись здесь, против ожидания, настоящий марйанне, его бы одолел хохот. Бессмертные воины относились к себе самим с неистощимым юмором. «Но я серьёзен, — подумал Данкмар; углы его губ тянулись в стороны. – Смертельно серьёзен».

Он ощутил утончённое волнение, словно укол электричества. Волосы приподнялись. «Восхитительно, — думал он, лелея разгорающийся азарт. Дыхание учащалось. Данкмар сладко закусил губу. – Именно то, что нужно». Прямая и грубая эмоциональная реакция становилась решающим аргументом, тем субъективным фактором, который сначала едва не погубил Ласвега Джева, а потом спас его. Только собственное равнодушие вынуждало Данкмара так тщательно анализировать биографии и повадки своих обычных избранников. Эмоции всё упрощали. Эмоции, столь зыбкая и неуловимая материя, были неоспоримыми доводами.

Данкмар обратился к второму зрению и узнал, что певца зовут Тони Клаас, что концерт подходит к концу, так как Тони побаивается свалиться со стула и разбить гитару, что он живёт в двадцати минутах ходьбы от клуба, но понимает, что вусмерть упился, и планирует вызвать роботакси. Данкмар слегка надавил на него и вычистил эту идею из одурманенных мозгов Клааса, заменив её на решимость пройтись и проветриться.

Начальный этап операции завершился. Данкмар включил ресторанный сканер на стойке для салфеток, тронул несколько клавиш на голографической клавиатуре, добавляя к счёту сумму чаевых, приложил карточку и подтвердил оплату. Выйдя из клуба, он сел в машину и расслабился, откинувшись на подголовник. Дверцу захлопывать не стал и глубоко, полной грудью вдохнул ночной воздух, наполненный ароматами близкого моря и далёких береговых лесов. В чёрном небе на фоне колоссальной туманности Гнев Божий торжественно сияли Башни.

Было около часу пополуночи. Предстоял второй этап операции.

Времени оставалось как раз столько, сколько нужно.

Само по себе второе зрение почти ничего не стоило, но трюки, которые оно позволяло проделывать, имели каждый свою цену, тем большую, чем явственней было воздействие. Данкмар спокойно принимал это: в его мире вообще всё имело определённую цену. Он давно научился здоровой экономии.