— Ты дрянная девчонка! Ты подлая, беспринципная, двуличная… Никому не отдам… — ах ворон, ворон! Снова страсть, безумие, крики и стоны. Я гладила пушистые крылья, с удовольствием наблюдая за тем, как он блаженно жмуриться, а потом с улыбкой встречала его неистовые толчки, выгибаясь навстречу, желая вобрать его без остатка.

Мы сняли щит и теперь мирно курили. Ворон нервно крутил в руках магоцвет, глубоко и жадно затягиваясь. Моя тьма лизала пол и стены, игривым щенком она подплыла к спутникам. Те зло отмахивались. Ревнуют… Люблю вас обоих, не сомневайтесь! Стойн примирительно положил руку на плечо Турмалину. Эмиасс сдался и кивнул.

— Теперь малыш, — сказала я и освободила яйцо. Да так и села под его тяжестью! Если бы не помощь ворона — выронила бы! Оно стало больше! Аккуратно и бережно опустила его в гнездышко, выстеленное тьмой. И теперь ворковала и гладила его, упиваясь счастьем: малыш жив и растёт!

— Невероятно! Ваша сила даёт ему возможность расти! — Оворн тоже подошёл и теперь водил над скорлупой руками. Мы оба с радостными улыбками и чуть ли не слезами умиления исследовали дракона. Эмиасс сказал, что у него уже появились эмоции и подобие мыслей. В них он называет меня мамой и передаёт такую преданность и любовь, что Турмалин даже ревнует.

— Не ревнуй, Эми! Он наше спасение! И его любовь ко мне — самое невероятное ощущение в моей жизни, — яйцо полыхнуло жаром, все отскочили, но я не могла — меня притянуло к нему. Волны жара прокатывались по скорлупе, сверху на нас медленно опустился венец. Я поражённо огляделась, ожидая всего чего угодно, но не того, что произошло. Ало-золотой сиамари полыхнул так ярко, что мы зажмурились, а потом я почувствовала на голове тяжесть короны.

— Мори… — восхищённо осматривая меня, присел рядом Эмиасс. Стойн обласкал таким взглядом, что дыхание перехватило. Люблю тебя…

— Наследница… Теперь ты видишь, даархит? Кого ты предал, кого оскорблял? — я не ожидала, что ворон станет меня защищать, но вот он стоит около Ташасскара и зло скалится ему в лицо. Даархит бессильно злится, не имея возможности раздавить наглого ворона в могучем хвосте.

— Вижу… — одно это слово стоило ему колоссальных усилий. В нём была обречённость, смирение и неизменное его бешенство, — Я… прошу простить меня за всё…

Я приложила щёку к тёплому боку яйца и умилённо зажмурилась. Нет злости, нет ненависти. Есть только я и ты, малыш.

— Если ты ещё хоть раз оскорбишь Мору, я лично сварю тебе мозг, — с холодным бешенством предупредил Турмалин, — Мне всё равно, что показал вам туман. Держитесь от нас с Наследницей как можно дальше!

— Тише, Эми, — шикнула я на демона, спрятала яйцо в хранилище. Потянулась, сладко, самозабвенно выдохнула, всем телом чувствуя силу и мощь, исходящую от венца. Теперь он мой, он подчинится мне, защитит, не покинет до самой смерти. А перед гибелью я могу передать его кому захочу. Или же вернуть сюда, в Полёгшего дракона. Это и правда гора, сделана она специально для прохождения испытаний. Так прошёл их и Повелитель крылатых, так прошёл его и предатель. Только ему не достался венец, ведь уже принадлежал другому.

Даархит застыл и только провожал меня взглядом. Я прошла к сорхиту, огладила ещё раз его чудесные волосы.

— Ты волен быть с кем угодно. Твоё обещание мне аннулируется, — смятение в голубых глазах, элементаль жадно целует мои руки, просит не гнать его, — Я устала от вас обоих… Ташасскар… иди ко мне…

Хлёсткий удар когтями по щеке он выдержал стойко и даже не полыхнул ненавистью, как всегда. Я сказала ему, что теперь ему вновь доступен его второй облик, но на этом наши пути расходятся.

— Вы сами по себе, мы — сами по себе тоже. Лэй Мунон, дос-ставьте нас на Лонру, пожалуйста, — больше не интересуясь ничем из того, что интересовало меня раньше, я открыла замаскированный под стену ход, — Мы выйдем из последнего шипа в хвосте. Корабль уже здесь?

— Да, лэя, — сказал сорхит и собрал мужество, чтобы встретить мой взгляд, — Мы отвезём вас…

— Чудно, — развернулась и вошла в арку прохода первой. Ход был узкий, он круто забирал вверх.

С шипа пришлось съезжать — слетать самостоятельно. Засады не было, и мы абсолютно спокойно сели на корабль. Едва мы взошли на борт, я скрылась в каюте и не выходила до самой земли.

Глава 17 Тайна чёрного пламени

— Милая? — начал Эмиасс. Он присел на нашу со Стойном кровать, на что последний, кстати, весьма спокойно отреагировал. Они ни на миг не оставляли меня одну: сменяли друг друга в постели, в ласках, уговорах и комплиментах. Я отвернулась к окну, тоскливо вглядываясь в сизые тучи, сулящие дождь и возможно бурю.

— Со мной всё в порядке, Эми. Ну ладно, я немного расстроена! — однако Турмалин легко читал в моей душе и сознании: бровь скептически поползла вверх, — Я не знаю, что теперь делать: плыть с ними на их земли или нет? Нам нужен дракон — это ясно. Но… Вернемся ли мы? Ташасскар не единственный, кто может решить отобрать Нюю.