Читаем Монголы и Русь полностью

В каждое правительственное учреждение Буйянту назначил столько же китайских чиновников, сколько монголов и некитайцев.[232] Пытаясь положить конец дворцовым интригам,[233] другим декретом Буйянту освободил монастыри и иные религиозные учреждения, включая христианские, от налогов и повинностей.[234] Согласно О. Ковалевскому, Буйянту считался покровителем искусств и наук. При его дворе встречались ученые из Самарканда, Бухары, Персии, Аравии и Византии.[235] В правление Буйянту новый импульс получила законотворческая работа, которая началась при Хубилае и медленно прогрессировала при его непосредственных преемниках. В 1316 г. был составлен кодекс законов, базирующийся на изданных ранее императорских манифестах, декретах, ордонансах и правилах дворцовых процедур. В 1323 г. в правление сына и наследника Буйянту Суднипала (монгольское храмовое имя – Геген; китайский титул – Йин-цун (1320-23 гг.)) этот кодекс был одобрен специальной комиссией.[236]

III

Вскоре после этого Геген был убит в результате дворцовой интриги. Сторонники соперничающего крыла потомков Хубилая воспользовались этим для того, чтобы посадить на трон своего кандидата Йесун-Тимура (китайский титул – Тьян-тин), который был в это время в Каракоруме. Йесун-Тимур правил пять лет (1323-28 гг.). Он, вероятно, принадлежал к старомонгольской партии. Предположительно, группа государственных деятелей, которые контролировали ход событий в правление Буйянту и Гегена, потеряла свое влияние. Их оппозиция новому императору достаточно понятна. Она объяснима не только личными, но и политическими мотивами. Оппозиционеры должны были гордиться успехами, которых достигли в администрировании и законотворчестве, и ненавидеть изменение политики. У них не было шанса действовать, пока Йесун-Тимур здравствовал и прочно владел троном. Однако когда он умер, оппозиция стала открытой, и ее лидеры отказались признать сына Йесуна в качестве императора. Они поддержали вместо него сына Кулука, как имевшего право на трон. Последовала короткая, но жестокая гражданская война, закончившаяся победой революционеров. Старший сын Кулука Кусала (монгольское храмовое имя – Хутуху; китайский титул – Мин-цун) был провозглашен императором. Он умер через несколько дней, предположительно отравленный противоположной партией. Его брат Тут-Тимур (монгольское храмовое имя Джайягату; китайский титул– Вен-цун (1329-32 гг.)) наследовал ему.[237]

Тут-Тимур «глубоко симпатизировал и интересовался китайской культурой. Сам он писал китайские стихи, упражнялся в китайской каллиграфии и создавал картины в китайском традиционном стиле».[238] Революция, приведшая его на трон, была простым военным путчем. Кажется, что к власти вернулась та же группа государственных деятелей, которая была активна при Буйянту и Гегене. Эль-Тимур (Юань-Тимур), лидер оппозиции Йесун-Тимуру, стал новым канцлером. Он был поставлен во главе законодательной комиссии, которой было доверено составить обзор вышедших до этого статутов. Обзор был обнародован в 1331 г.[239]

В это же время Совет ученых Пекина подготовил общую карту Монгольской империи.[240] Фактически, эта «карта» является схематической диаграммой основных частей империи и главных районов и городов каждой ее части. В целом она аккуратна, и все имена можно опознать. Основными тремя частями империи за границами Китая, как показано на карте, является Центрально-азиатское ханство, управляемое Ду-лай Тье-мурхом (Дува-Тимуром, потомком Чагатая)[241], Персия под руководством Бу-сай-ина (иль-хана Абу-Саида, потомка Хулагу)[242]; и Золотая Орда под властью Йюе-дсу-бу (Узбека, потомка Джучи). В северо-западной части владений Узбека мы обнаруживаем регион А-ло-ш, т.е. Русь.[243]

Карта – свидетельство интереса пекинского правительства к императорским отношениям и его осознания единства империи. Обзор законов также подчеркивает серьезность цели и добрые намерения правительства во внутренних делах. В целом кажется, что империя этого периода была управляема добросовестными государственными деятелями, наделенными определенной широтой видения.