Читаем Монады полностью

Монады

Когда ей приходит время рожатьОна как бы заранее видитТянущиеся к нему со всех сторон лохматые рукиДяди лиОтца лиДеда лиБратаНе рождайся! Не рождайся! – кричит она емуУже высунувшему слабую головкуА, ладно, рождайся!Не ты первый, не ты последний!Я и сама пришла через этоИ ничего – не умерла

5

Когда его почти насильно вытащили из углаКуда он забился, сжавшись почти до полногосамоуничтоженияТело его, казалось, чернело однимсплошным синякомУже много позже, почти разучившись говоритьОн поведал, как его родной дядя заставлял егортом делать этоИ когда он однажды укусил его за этоДядя воя и матерясь долго бил егоОни оба кричали от болиПока не услыхали соседиДядя исчезНо он почти до седых волос все уверял,что дядя вернетсяи все начнется сначала

6

Уже дрожащим дряхлым стариком лет восьмидесятиЕму горько-прегорько припомнилосьКак его, лет уж двадцать-тридцать назадпочивший дядюшкаВ далеком-предалеком детствеДомогался и домогался егоИ он бросил разыскивать чью-то могилуРазрывая ее старческими скрюченными пальцамиИ вдруг представилось, что он все перепуталЧто это он в чужом детствеДомогался тельца собственного племянникаИ вот он теперь почти уже расслабленным скелетомЗабился в сырой угол им самим только чтовыскорбленной могилки

7

Его старого, желтоватого, дрожащегоДва безучастных представителя властиПодводят к оградеИ он указывает – вот тут, в этом углуОн и закопал мальчикаЯ не хотел! – бормочет несчастный, —Он умер от испугаИнсульт у него, наверное, случилсяУ нынешних детей это бывает

8

Я шел ясным, ясным днемВ далекой, далекой странеИ вдруг мне ясно-ясно представилосьЧто в детстве кто-то изнасиловал меня —Сосед ли, прохожий ли,Дядя родной ли —Вот его красные пупырчатые рукиТянутся к моим застиранным трусикамТрогают резиночкуОттягивают ее, подтянутую узелочкомВот, вот, вот, вот, вот!И стало невыносимо горькосреди всего этого чужогои чуждого благополучияВосстанем! – ад внутри нас!

Из сборников «По материалам прессы»

2004–2005

Предуведомление

Давно подмечено, что всякие слова, поставленные соответствующим образом, могут обретать значение стиха. Собственно, поэзия не в словах, а во взгляде, фокусе. Вот и я обратился к простым и прямым выдержкам из ежедневной прессы. Выдернутые из привычного контекста и способа написания и вставленные в иной контекст c иным построчным делением, они обрели значение стихов. В данном случае, понятно, не оценивается их качество, удачность, убедительность или высокий духовный полет. Просто констатируется факт. Понятно, что я не первый прибегаю к подобному, но всегда, заметьте, спокойно, без амбиций, уважительно и ненавязчиво. Да в своей деятельности я вообще мало чего изобрел. А зачем? Все известно. Просто немногие понимают это. Или делают вид. Практически, я ничего не изобрел. Просто интенсифицировал и акцентировал чужие приемы. А что, зазорно? Нет.

Перейти на страницу: