Маркс был не единственным, кто обратил внимание на этот недостаток Фейербаха. Видели его и Руге[26], и Гесс, и Бакунин. Но в отличие от них, Марксова критика Фейербаха не просто фиксировала этот недостаток и не просто восполняла недостающую сторону фейербаховской позиции. Она была систематической переработкой этой позиции в целом. Далее, Маркс воспринял основное содержание взглядов Фейербаха не ученически, как это случилось с Руге и Гессом, и не поверхностно-критически, как Бакунин[27], а именно как метод, усвоение которого требует не простого запоминания, а систематического апробирования в применении к наиболее сложным и общественно значимым объектам. Наконец, в центре внимания Маркса оказался философский материализм Фейербаха, в процессе восприятия которого Маркс одновременно делал первые шаги за его рамки, в сторону исторического материализма.

Сознательный переход Маркса

к материализму

«Рукопись 1843 года»

Сознательный переход Маркса на позиции материализма произошел в процессе анализа гегелевской философии права, который он предпринял после выхода из «Рейнской газеты» и который представляет собой первую развернутую критику Марксом философии Гегеля. Результаты этой работы запечатлены в виде 40 рукописных листов, сложенных вчетверо (160 с.); из них первый лист утерян. Объем рукописи – около 10 печатных листов.

Прошло почти 85 лет, прежде чем рукопись увидела свет. Заслуга ее публикации принадлежит советским ученым: вызволив рукопись из архива немецких социал-демократов, Д. Рязанов и другие сотрудники Института Маркса – Энгельса при ЦК ВКП(б) включили ее в первый том Сочинений Маркса и Энгельса (1927) и впервые показали, какое важное место в развитии взглядов молодого Маркса она занимает. Тогда же рукописи было дано и название: «К критике гегелевской философии права»[28] и определено время ее написания – весна и лето 1843 г., в основном в Крейцнахе.

Критика гегелевской философии права была важна для Маркса во многих отношениях. Напомним, что интерес к правовым проблемам проявился у него уже в 1835 г., когда он поступил на юридический факультет Боннского университета. Именно трудности при решении проблем правовой науки привели Маркса в 1837 г. к занятиям философией; он был покорен тогда «причудливой дикой мелодией» гегелевской диалектики. Освобождение из этих «объятий врага» началось в 1842 г., когда Маркс в качестве сотрудника и редактора «Рейнской газеты» вновь столкнулся с правовыми проблемами, но на этот раз в их практически-политическом виде. В марте – августе 1842 г. он упоминает в своих письмах о работе над статьей, которая «представляет собой критику гегелевского естественного права, поскольку дело касается внутреннего государственного строя. Основное в ней – борьба против конституционной монархии, этого ублюдка, который от начала до конца сам себе противоречит и сам себя уничтожает» (11, с. 356). Эту статью он предназначал для «Трубного гласа», затем перерабатывал для «Немецкого ежегодника». Судьба ее неизвестна; возможно, Маркс использовал ее при работе над рукописью 1843 г. В ходе работы над этой рукописью завершается его освобождение от гегелевской спекулятивной философии и от идеалистической философии вообще. Лишь теперь, в 1843 г. Маркс сумел решить те проблемы правовой науки, которые в середине 30-х годов толкнули его к Гегелю, и нашел он это решение именно на пути преодоления гегелевского идеализма, на пути усвоения и развития материализма.

Структура рукописи

На первый взгляд структура Марксовой рукописи вполне пределяется предметом его критики, т.е. структурой соответствующего раздела гегелевской «Философии права». Чтобы лучше уяснить структуру этого раздела, очертим его место в общей системе учения Гегеля, в основе которой, как известно, лежит абсолютная идея. Она развивается сначала внутри самой себя, в форме чистых логических сущностей, этому соответствует Логика как первый раздел гегелевской системы. Затем абсолютная идея отчуждает себя в природу, и, соответственно, второй раздел системы образует Философия природы. Наконец, из природы абсолютная идея снова возвращается к себе как духу, и система завершается разделом Философия духа[29].

Вернувшись к себе, дух развивается. Его развитие состоит в том, что сначала он существует в форме отношения к самому себе (этому соответствует учение Гегеля о субъективном духе), затем принимает форму реальности (учение об объективном духе), а в итоге успокаивается как в себе и для себя сущее и вечно себя порождающее единство объективности духа и его идеальности, дух воплощается в своей абсолютной истине (учение об абсолютном духе) (см. 60, с. 45 – 51).