Читаем Моя жизнь полностью

Именно таким я увидел Чикаго. Зрелище было сюрреалистическим. Я ехал в Шривпорт, штат Луизиана, с Джеффом Дуайром, женихом моей мамы. Джефф был необычным человеком: ветеран Второй мировой войны, участник боевых действий в Тихоокеанском регионе, он, выбрасываясь с парашютом из подбитого самолета, постоянно распарывал себе живот, приземляясь на коралловые рифы. Он также был отличным плотником, ловким обольстителем и владел салоном красоты, куда моя мама ходила делать прическу (работая парикмахером, он окончил колледж). А еще Дуайр играл в футбол, работал инструктором по дзюдо, был строителем, продавцом ценных бумаг и оборудования для нефтедобычи. Джефф расстался с женой, от которой у него было три дочери. Помимо всего прочего в 1962 году он отсидел девять месяцев в тюрьме за мошенничество с ценными бумагами.

В 1956 году Дуайр привлек 24 тысячи долларов для компании, которая намеревалась снимать фильмы о ярких личностях Оклахомы, включая гангстера по имени Притти Бой Флойд. Прокурор пришел к заключению, что компания потратила деньги сразу, как только их получила, и не имела ни малейшего намерения снимать фильмы. Джефф утверждал, что, поняв, с кем связался, сразу же вышел из дела, но было поздно. Я уважаю его за то, что он рассказал мне обо всем этом вскоре после нашего знакомства. Не знаю, что произошло на самом деле, но мама относилась к нему очень серьезно и хотела нас познакомить, поэтому я согласился поехать с ним на несколько дней в Луизиану, где у него были дела с компанией по производству сборных домов. В Шривпорте, консервативном городке, расположенном на северо-западе Луизианы недалеко от границы с Арканзасом, выходила одна ультраправая газета, каждое утро приводившая меня в замешательство своим освещением событий, о которых я накануне узнавал из выпусков вечерних новостей. Эти события были из ряда вон выходящими, и я часами не мог оторваться от телевизора, отвлекаясь лишь на то, чтобы раз-другой пройтись да перекусить с Джеффом. Я чувствовал себя изолированным от всего мира. Я не разделял позиций ни бесчинствовавшей молодежи, ни мэра Чикаго с его жесткой тактикой, ни его сторонников, среди которых было большинство людей, среди которых я вырос. И я очень переживал из-за того, что моя партия и дело, за которое она боролась, разваливаются у меня на глазах.

Президент Джонсон одним махом разрушил надежды на то, что съезд приведет к объединению партии. В первом же своем заявлении после похорон брата сенатор Эдвард Кеннеди призвал к одностороннему прекращению бомбардировок и выводу из Южного Вьетнама американских и северовьетнамских войск. Его предложение составляло основу согласованной Хамфри, Кеннеди и Маккарти компромиссной платформы. Когда генерал Крейтон Абрамс, командовавший операциями во Вьетнаме, сказал Линдону Джонсону, что прекращение бомбардировок поставит под удар американские войска, последний потребовал от Хамфри отказа от компромиссов, и тот уступил. Позднее в своей автобиографии Хамфри писал: «Я должен был стоять на своем... мне не следовало уступать». Однако он сделал это, и плотина рухнула.

Съезд открылся 26 августа. С основным докладом выступил Дэн Иноуэ, сенатор от штата Гавайи, ветеран Второй мировой войны, американец японского происхождения. В 2000 году я вручил ему Почетную медаль Конгресса в знак запоздалого признания его героизма, стоившего ему одной руки и едва не стоившего жизни, который он проявил в то время, когда его родители находились в лагере для интернированных. Иноуэ выразил сочувствие протестующим и поддержал их требования, однако призвал их не отказываться от мирных методов борьбы. Он выступал против «насилия и анархии», но при этом осуждал апатию и предрассудки, «кроющиеся за лозунгом “закон и порядок”», в чем виделся явный выпад в адрес Никсона, а возможно, и тактики чикагской полиции. Иноуэ предлагал правильные решения, однако сложившуюся ситуацию уже невозможно было изменить с помощью слов.

Разногласия между участниками съезда не ограничивались проблемой Вьетнама. Некоторые делегации с Юга все еще сопротивлялись решению партии предоставить чернокожим возможность участия в выборах делегатов. Мандатная комиссия, включая Дэвида Прайора, конгрессмена из Арканзаса, проголосовала за то, чтобы признать делегацию от штата Миссисипи, возглавляемую борцом за гражданские права Аароном Генри. Делегации других южных штатов были утверждены в полном составе, за исключением расколовшейся делегации от Джорджии, половина мест в которой пришлась на альтернативный список, возглавляемый молодым членом нижней палаты Законодательного собрания штата Джулианом Бондом, ныне председателем NAACP, и Алабамы, из которой были исключены шестнадцать делегатов, отказавшихся поддержать партийного кандидата, предположительно из-за того, что губернатор Алабамы Джордж Уоллес баллотировался как независимый кандидат.