Читаем Моя жизнь полностью

Несмотря на нападки на Фрэнка Хоулта, большинство людей считало, что он, хоть и не получит большинства голосов, тем не менее войдет в число лидеров и через две недели победит во втором туре. И вот 26 июля жители Арканзаса — более 420 тысяч человек — проголосовали. Результаты удивили аналитиков. Лидером оказался Джонсон с 25 процентами голосов, Хоулт занял второе место с 23 процентами, Хейз — третье, получив 15 процентов, Олфорд набрал 13 процентов. Остальные голоса разделили между собой еще трое кандидатов.

Мы были потрясены, но не потеряли надежды. Судья Хоулт и Брукс Хейз в общей сложности набрали несколько больше голосов, чем сторонники сегрегации Джонсон и Олфорд. Кроме того, на весьма важных выборах в Законодательное собрание ветеран Конгресса консерватор Пол Ван Далсем проиграл молодому прогрессивно настроенному адвокату, выпускнику Йельского университета Хербу Рулу. За пару лет до этого Ван Далсем привел в ярость сторонниц растущего движения за равноправие женщин, заявив, что женщины должны находиться дома, «босые и беременные». В результате Херб, впоследствии ставший партнером Хиллари в адвокатской фирме Rose, получил поддержку целой армии женщин-добровольцев, называвших себя «Босые женщины за Рула».

Результаты второго тура выборов предсказать было довольно трудно, поскольку они зависели от явки избирателей, от того, кто из кандидатов сумеет убедить большее число своих сторонников вновь прийти на избирательные участки, а также привлечь на свою сторону тех, кто голосовал за кандидатов, не прошедших на второй тур, либо не голосовал вовсе. Судья Хоулт приложил все силы к тому, чтобы второй тур ознаменовал собой выбор между Старым и Новым Югом. И Джонсон, в общем, вполне следовал этому сценарию, когда в своем телевизионном выступлении заявил избирателям, что в своем противостоянии безбожной расовой интеграции являет собой «Даниила в логове льва» и «Иоанна Крестителя на суде у Ирода». Мне думается, в какой-то момент судье Джиму удалось даже оседлать лошадь Пола Ревира[22].

Хотя стратегия Хоулта была вполне разумной, а Джонсон в споре Старого и Нового Юга делал ставку на сторонников первого, возникли две проблемы. Во-первых, избиратели из числа сторонников Старого Юга имели сильную мотивацию к тому, чтобы вторично прийти на избирательные участки, поскольку считали Джонсона защитником своих взглядов, в то время как у представителей Нового Юга подобной уверенности в отношении Хоулта не было. Его нежелание по-настоящему проявить жесткость почти до самого конца предвыборной гонки усилило их сомнения и уменьшило стимулы к голосованию. Во-вторых, некоторые из сторонников Рокфеллера решили отдать свои голоса Джонсону, потому что считали, что их кандидату будет легче справиться с ним, чем с Хоултом, а во втором туре за демократов мог голосовать любой избиратель, как республиканец, так и демократ, при условии что он не принимал участия в республиканских праймериз. Так поступили только 19 646 человек, поскольку у Рокфеллера не было соперника. Во втором туре выборов проголосовало всего на 5 тысяч человек меньше, чем в первом, и каждый из кандидатов получил вдвое больше голосов, чем в первый раз. Джонсон победил с перевесом в 15 тысяч голосов, и позиции соперников стали выглядеть следующим образом: 52 процента у Джонсона и 42 — у Хоулта.

Такие результаты привели меня в уныние. К тому времени я уже успел полюбить судью Хоулта и его семью и считал, что, несмотря ни на что, из него выйдет отличный губернатор. В то же время я ощущал острое неприятие того, за что выступал судья Джим. Единственной моей надеждой был Рокфеллер, у которого оставались реальные шансы на победу. На этот раз он проявил большую организованность и щедро тратил деньги: даже приобрел сотни велосипедов для чернокожих детей из бедных семей. Осенью он победил, получив 54,5 процента голосов. Я очень гордился своим штатом. К тому времени я возвратился в Джорджтаун и не имел возможности наблюдать за ходом кампании, однако многие люди отмечали, что на всеобщих выборах Джонсон выглядел менее уверенным. Вероятно, причиной этого стало сокращение финансирования его кампании, однако ходили слухи, что Рокфеллер предпринял нечто, охладившее его пыл. Не знаю, насколько эти слухи соответствовали действительности.