Читаем Моя любой ценой полностью

– Спьяну люди часто делают глупости.

Шейх Карим Зирийский не двинул ни бровью, ни рукой. Он даже не сказал, что ей не следует пить. Тем не менее Галила восприняла его слова как приказ. И что еще удивительнее – она ему подчинилась. Наверное, что-то подсказало ей, что с ним лучше не спорить.

Карим воспользовался возможностью рассмотреть ее вблизи. Он весь вечер наблюдал за членами королевской семьи. Принцесса Галила, так похожая на свою покойную мать, заинтересовала его больше всех. Она порхала по залам, как яркая райская птица, от одного гостя к другому, присоединяясь то к одной группе, то к другой, радуясь всем и радуя всех, включая своего новобрачного брата, недавно коронованного короля Халин.

Интересно, ее мать тоже обладала таким искрящимся темпераментом? Может быть, именно этим она настолько заворожила его отца? Он годами изучал фотографии этой семьи, но во плоти принцесса Галила была не просто красива. В ней было колдовское очарование, которому Карим не мог противиться, хотя изо всех сил старался.

«Хотя бы из чувства самосохранения», – подсказывал ему внутренний голос.

Конечно, никакой опасности не было, уверял он себя. Галила показалась ему слишком поверхностной и тщеславной. Она все время старалась быть в центре внимания, флиртовала со всеми подряд. Похоже, она осознавала силу своей красоты и сексуальной привлекательности и бесстыдно ее использовала.

Вот почему Карим удивился, когда она покинула блестящий прием и тихо выскользнула в сад. Он последовал за ней потому, что хотел понять, как мать этой женщины умудрилась разрушить и изменить всю его жизнь, а не потому, что не хотел упускать принцессу из виду. Была ли ее мать настолько же самовлюбленной? Он видел, как зачарованно Галила рассматривала собственное отражение – она была так поглощена, что даже не заметила его появления.

Он не был маньяком, подсматривающим за красивыми девушками. Он был королем, у которого был один неразрешимый вопрос. Хотя, конечно, ему хотелось рассмотреть ее поближе, чтобы понять секрет ее очарования. Но, помогая ей спуститься с бортика фонтана, Карим обнаружил, что она пьяна.

Это было большим разочарованием.

Когда он сказал, что люди спьяну делают глупости, в ее глазах на мгновение мелькнуло нечто, похожее на отчаяние, но оно быстро исчезло, сменившись привычным кокетством.

– Что глупого в том, чтобы наслаждаться жизнью? – спросила она с очаровательной дерзостью.

Галила провела пальцами по своим волосам, высоко подняла их на затылке и снова отпустила, встряхнув головой и внимательно наблюдая за его реакцией.

Карим был не только королем, но и человеком. Он чувствовал желание так же, как и любой другой мужчина. Но он всегда понимал, когда им пытались манипулировать. И как бы ему ни хотелось сейчас опустить глаза и насладиться зрелищем роскошных локонов, рассыпавшихся по обнаженным плечам, он, не отрываясь, смотрел Галиле прямо в глаза.

– Это иногда ведет к саморазрушению.

Гадила была смущена и раздосадована, что ее уловка не подействовала. Но тут же вскинула голову и кокетливо взмахнула ресницами.

– Возможно, у меня есть для этого причины. Это вам не приходило в голову?

– Я уверен, ваша жизнь дает вам массу причин для этого, – сухо ответил Карим.

– Я потеряла мать три месяца назад, – вдруг призналась она с тихой болью. – У меня горе, вы это понимаете?

– Понимаю. – Он коротко кивнул в знак сочувствия, но не более того. Его отец умер, когда Кариму было всего шесть лет, и при гораздо более трагических обстоятельствах. – Но алкоголь тут не поможет. Станет только хуже.

– Еще хуже? Разве это возможно? – горько рассмеялась она. – Мой отец убит горем, он отгородился от мира. Я не могу до него достучаться. Никто не может. – Галила посмотрела на отражение красивой женщины с кошачьими глазами в сверкающей тиаре. – Он так скучает по моей матери.

Это Карим тоже мог понять. Он делал все, что мог, чтобы утешить мать в ее потере, но все было бесполезно. Хорошо, что ему удалось скрыть от нее, что отец не умер, а покончил с собой.

– Она изменила ему, – прошептала Галила. – Но он все равно ее любил. А теперь мы все об этом узнали, и от этого ему еще больнее.

Сердце Карима замерло. Он даже дышать перестал.

– Ваш отец все знал, но скрывал от вас?

Галила горестно кивнула.

Мысли Карима лихорадочно скакали. Он никогда ни словом не обмолвился об этом ни одной живой душе, каким бы тяжелым грузом ни давила эта тайна на его сердце. Когда умерла королева Намани, Карим подумал, что остался единственным хранителем этого постыдного секрета, и был намерен унести его с собой в могилу.

– Он всегда знал это! – В ее голосе звенело отчаяние. – Он даже помог ей скрыть беременность, когда мама понесла от своего любовника. Она родила мальчика, моего сводного брата, но они его сразу куда-то отправили.

Карим изо всех сил старался сохранить невозмутимое лицо. В ушах у него звенело, как будто шепот Галилы был громче пушечных залпов.

– Вот скажите мне, как не напиться от таких новостей? – истерически рассмеялась она.

– У вас есть третий брат? Сводный брат?