Читаем Моя драгоценность полностью

– Привет, – немного застенчиво улыбнулась в ответ она. – Что читаешь?

Девушка подошла ближе, бросив любопытный взгляд на книгу, которую читал брат Вейна. Он отложил её, небрежно дёрнул плечом и убрал хвост с колен – Леви, конечно же, сразу воспользовалась молчаливым приглашением, тут же устроившись на них.

– Об артефактах, захватил из города, – пояснил он, обняв позднюю гостью и прикрыв её ноги хвостом, согревая и лаская лодыжки лёгкими поглаживаниями.

А учитывая, что на них теперь не было чулок… Леви задышала чаще: прикосновения мягкого меха к обнажённое коже оказались очень волнительными, как она и подозревала. Пусть даже это и были всего лишь ноги. В комнате горела одна свеча на каминной полке, и в самом камине тлели угольки, но этого света Лису с его острым зрением вполне хватало, чтобы читать. Левидия задумчиво посмотрела на него, разгладила пальчиком брови, провела по прямому носу, чуть помедлив, обрисовала контур губ. Дон не сводил с неё взгляда, в котором заплясали искорки, и на его лице появилось странное выражение.

– Леви-и-и-и-и, – тихонько позвал он, и девушка уловила в его голосе напряжённые нотки. – Ты что делаешь?..

Она и сама не могла сейчас ответить на этот вопрос, Леви следовала пока не очень понятным желаниям, будоражившим кровь последние несколько часов и не дававшим уснуть. Девушка молча наклонилась и прижалась к его губам в долгом, уже весьма умелом поцелуе, в который постаралась вложить всё то, что не могла пока выразить словами. Для признаний с её стороны ещё рановато, но… Ладони Рыси скользнули на плечи Дона, девушка прильнула к нему, остро чувствуя, что их разделяют всего три слоя тонкой ткани: её халат и ночная сорочка, и рубашка Дона. И ей от этой мысли вовсе не было стыдно… Лис резко выдохнул, его рука поднялась по спине Леви и смяла халат, а вторая зарылась в пепельные пряди, прижимая маркизу ближе. Поцелуй перестал быть томным и нежным, и Леви потерялась во вспыхнувших эмоциях, охвативших её целиком. Мурлыкнув в губы Дону, она перестала думать о том, что делает и зачем, отвечая на поцелуй с проснувшейся страстью и нетерпением. И снова время остановилось, остались только их чувства, бьющиеся в одном ритме сердца и уютная тишина гостиной…

Дон отстранился первый, хоть и с некотороым трудом, и Леви не стала скрывать разочарования.

– Рыся, не стоит… – чуть охрипшим голосом выговорил он и замолчал – шаловливые пальчики неугомонной близняшки провели по его шее, погладили ямочку и ухватились за пуговичку на рубашке.

Левидия облизнула слегка припухшие губы, её ушки встали торчком, и она посмотрела в глаза Лису.

– Почему? – почти шёпотом спросила девушка, зрачки Леви расширились, почти заполнив радужку. – Это плохо?

Барон тяжело сглотнул, но к тихой радости девушки не остановил – хотя его руки на её талии сжались крепче. Она лукаво улыбнулась, прикрыла глаза ресницами и уже гораздо смелее расстегнула ещё одну пуговичку на его рубашке.

– Я же уже видела тебя без неё, – проникновенно произнесла Левидия, подняв брови. – Или… ты стесняешься? – ехидно добавила она.

Лис глухо рыкнул и подался вперёд, придвинув Леви практически вплотную к себе. Сидеть ей сразу стало неудобно на один бок, а ещё, она отметила, что ладонь Доннера спустилась ниже и удобно устроилась на её бедре, и маркиза ощутила, какая она горячая. Малахитовые глаза Лиса опасно блеснули в полумраке, молодой человек прищурился.

– Не дразни меня, Рыся, – тихо-тихо произнёс он без тени веселья. – Лучше иди к себе, маленькая…

– Я не маленькая, – перебила его Леви так же тихо и так же серьёзно, её тёплая ладошка скользнула под распахнутую рубашку, и девушка погладила грудь Доннера. – И мне нравится тебя дразнить, – снова улыбнулась она – пальчики другой руки зарылись в тёплый мех хвоста и легонько погладили.

Дон резко выдохнул, поймав шуструю конечность невесты, прищурился, пока ещё сдерживаясь – хотя от деликатных прикосновений мягких подушечек, выводивших на его груди узоры, сердце то и дело сбивалось с ритма.

– Мне казалось, ты не хотела торопиться… – начал было он, упорно не поддаваясь шквалу, бушевавшему в крови.

Леви выпрямилась, несколько мгновений смотрела в его расширенные зрачки, потом без всякого стеснения уселась верхом на его колени, не обратив никакого внимания на то, что подол ночной рубашки задрался почти до колен.

– Ты меня любишь? – спросила она негромко, обхватив его лицо ладонями.

– Очень, – с готовностью ответил Дон, его руки медленно провели по бёдрам девушки и замерли в считанных сантиметрах от края собравшегося в складки подола. – Рыся…

– Это главное, – прошептала Левидия и вновь прижалась к его губам.