Читаем Мой желанный убийца полностью

Почему они выпили весь томатный сок? Вчерашний вечер был довольно скучен. Выпили, потрахались. Мужики все знакомые. Никакого интереса. Сначала пришел югослав Йовица. Наташка ему специально первому назначила, чтобы пожрать принес. Йовица хоть и бизнесмен, но какой-то недалекий. Сколько раз намекали ему, иногда открытым текстом говорили: «Бери еду в ресторане». Он соглашался и снова тащил все из «Макдональдса». Мне фигуру беречь не надо. Я и так худая.

Поэтому гамбургеры, пицца, картофель мне не, страшны. А Наташка от мучного из всех платьев выпирала. Съесть-то, конечно, мы все съели. Но от злости Наташка его продинамила. Он стал ко мне клеиться. Я ни в какую. Целовать — целуй, а об остальном у нас с Наташкой договор — чтобы я ее мужикам не давала. Честно говоря, я и боюсь их. У меня до Наташки и было всего раз-два и обчелся. К. тому же мои сверстники. Лохи. Все недавно из армии. Правда, когда крутой мужик попадался, а Наташка была не в форме, она сама просила, чтобы я вместо нее легла. Мука была мученическая. Я не могла расслабиться. Наташка либо лежала, либо сидела рядом. Меня сковывало смущение. Потом приспособилась напиваться.

Только Наташка с просьбой, я тут же раскручиваю на «Кровавую Мери», а когда в голову ударит, ложусь, и пусть делают, что хотят. Югослав отвязался быстро. Дал денег на парикмахерскую и ушел. Мы смеялись и пили «Амаретто». Он очень жалел, что поставил на стол сразу две бутылки. На радостях вытащили Пата из его берлоги и запихали в него оставшиеся гамбургеры. Пат от еды никогда не отказывается. Потом пришел Стае с двумя приятелями. Большие, толстые, в костюмах. Пат хотел слинять, но Стас его задержал. Я занялась приготовлением «Кровавой Мери», а они стали спорить, пропьет Ельцин Россию или нет. Пат ненавидит всех, кто у власти. Потому что из бывших. Зря Стас его завел. Сам еще недавно обувной мастерской заведовал, а теперь отрастил пузо и называет себя надеждой России. Друзья его — тоже бизнесмены. Пат так и сказал: «Что-то слишком много надежд у России. На всех ее, бедной, не хватит». Ругались долго и громко. Настоящий митинг устроили. Наташка не выдержала, сняла царским жестом трусики и заткнула ими рот Стасу. Все повалились со смеху. Один Пат сделал круглые глаза. Лицо искривилось, нижняя губа задрожала. Я испугалась. А он страшным взглядом вперился во всех нас и бросился в коридор. Мы и понять не успели, как хлопнула входная дверь. Наташка вдруг развеселилась. «Слава Богу, ушел старый дурак! Свобода! Раздевайся, княгиня!» Ну, конечно, я сделала десять порций «Кровавой Мери» и должна была их бросить, чтобы выполнять ее капризы.

Отказалась и начала выпивать. Мужики взяли мою сторону. Слишком резкий переход от политики к сексу их озадачил. Принялись выпивать. Наташка в наглую разделась и улеглась прямо на стол. Две рюмки опрокинула. Пили и закусывали ее задницей.

Что ни поцелуй, тотчас синяк. Хорошо, что она не видела. Потом ее Стас унес трахать в мою комнату. А меня с двух сторон его приятели обхватили. Сижу между двух животов и боюсь — задавят. Тут я в ванную и соскочила. А когда вернулась, смотрю — в комнате один Стас в рубашке, галстуке и без штанов. Оказывается, приятели вдвоем на Наташку навалились. У Стаса глаза натраханные. Ему много не надо. Он женщину только завести может. Поэтому и ходит с приятелями. Но мне все равно. Главное — приставать не стал. Пили мы с ним и болтали. О чем? Черт его знает. Наверное, Стас умный, но уж больно некрасивый. Хотя добрый. Когда сам гуляет. Атак из него денег не вытрясешь. Короче, я напилась. Из комнаты неслись стоны Наташки и хрипение приятелей. Создавалось впечатление, будто два катка затрамбовывают под асфальт кошку. Умела Наташка мужиков заводить. Даже меня передернуло. Если бы Стас был в состоянии, я бы сама его на себя затащила. Но он уже клевал носом. Пришлось продолжать беседу с «Кровавой Мери» в одиночестве. Боже, зачем об этом вспоминать?! Я просто боюсь думать о нем. Но он был. Когда мы вместе с Наташей и друзьями Стаса достаточно выпили, Стас, пошептавшись с ней, потащил меня в комнату. Сил сопротивляться не было. Он долго пыхтел, просил ему помочь, но так ничего и не получилось. Немного поерзал, встал, зло выругался и вышел. Я осталась лежать. Спать не хотелось.

Ничего не хотелось. Тем более возвращаться в их компанию. Шумели за дверью недолго. Было поздно, и каждый торопился к своей семье. Когда они ушли, Наташа зашла ко мне. Не зажигая света, села на разложенный диван. Я прикинулась спящей, боясь, что она начнет ко мне приставать. Теперь остается корить себя.

Лучше бы она закончила этот вечер со мной. А тогда Наташа потрепала меня по моим замечательным волосам и сказала, что Стас обиделся. «Пусть с женой тренируется», — безразлично ответила я. И в этот момент зазвонил телефон.

Наташа вышла в свою комнату и взяла трубку. Не знаю, кто ей звонил. Хотя теперь ясно — звонил он. Наташа вяло сказала:

«Приезжай, мне все равно», — и повесила трубку. Больше я ничего не слышала и незаметно для себя уснула. Черт, как бы сейчас не заснуть в ванной.