Читаем Мой любимый "репититор" (СИ) полностью

Это, кажется, немного отрезвило моего репетитора, потому что он, резко оттолкнув меня, бросается прочь. Мой.



Глава 20.

Илья



Бляяяяяя… Так пить нельзя… Башка раскалывается, во рту пустыня Сахара… Мммм…



- Что, плохо? – ехидный мамин голос.



Разлепляю глаза.



- Ма?


- Что, и родную мать уже не узнаешь? И в честь чего это ты припёрся домой под утро, да ещё и пьяный в никакуйсик?


- Я… Мы со Славкой… Просто…


- Понятно. Держи, алкаш-недоросток, - она протянула мне стакан с шипящей в нём таблеткой.


- Спасибо…



Я выпил содержимое стакана, прикрыл глаза. Кажется, школа сегодня откладывается. Блин, а чё в клубе было, интересно? Ничё не помню.



Коля



Ууууу… Вот не пил никогда, и не фиг было начинать!! Моя головаааа… Даже пара таблеток типа «Антипохмелин» меня не спасли. Бляять, что ж так болит-то всё… А во рту – филиал кошачьего туалета…



Проснувшись, я обнаружил себя в квартире Миши и Кости. Мишка ещё спал, а Костя объяснил, что тот вчера, обнаружив отсутствие меня рядом с собой, отправил Костю обратно в клуб. Вообще, Мишин парень, бесспорно, молодец. Он даже позвонил моему отцу, чтобы сообщить, что со мной всё в порядке, и что я у Мишани заночевал. А то представляю, что было, если бы я без всякого предупреждения ночевать домой не пришел! С моим-то паникером папой!



Как ни прискорбно это осознавать, а школа, похоже, сегодня откладывается. Ну, да ладно, ничего особо важного сегодня нет.



Илья



Звонил Славка. Извинялся, что свалил вчера, оставив меня одного, и похвастался, что теперь будет встречаться с той блондинкой. Эх, Славка-Славка… Опять на те же грабли!



- Сына! – окликнула меня мама. - Там, на тумбочке, цепочка, которую ты принес.


- Какая цепочка? – удивился я.


- А я почём знаю? Она у тебя в руке зажата была, ты мне до последнего её не отдавал.



На тумбочке действительно обнаружилась цепочка. Серебряная, вычурного плетения с подвеской в виде фигурки волка. Застежка сломана. Хм. И откуда это у меня? Это совершенно точно не моё и не Славкино. Тогда чьё? Вещь-то явно не дешевая.



В голове – пустота. Последнее, что я помню - это как Славка уходил. Тогда этого украшения совершенно определенно у меня не было. Значит, появилось позже. Блять, какой я логичный, охренеть можно.



Я решил не напрягать далее мозги и подумать о чём-нибудь приятном. И почему-то стал думать о Нике. Это с каких же пор я стал думать о нём, как о приятном? Но мои похмельные мозги обосновывать сию ситуацию отказались, и я решил забить на самокопание. Потом порефлексирую. Интересно, а он заметит вообще моё отсутствие на уроках? Или опять сделает вид: «Мне на всё и всех плевать»? Будет курить под лестницей свои любимые ментоловые сигареты? Ох, как-то непозволительно много в последнее время я о нём думаю…



Глава 21.

Илья



В общем, промучился всю среду. Таблетка не особо-то и помогла. Целый день я валялся на кровати и ничего не делал. Правда, ближе к вечеру, неожиданно для самого себя пошел делать уроки. Мама, застав меня за этим занятием, перепугалась – решила, что я заболел. Хах. Я если и больной, то только на голову. Я уроки-то почему сел делать? Да из-за репетитора недоделанного своего. Как представил, как он удивится, если меня вдруг спросят – а я готов. Да капец вообще, если честно. Хули я так много о Коле думаю, не понимаю. Чуть что – так сразу его вспоминаю. Думаю о том, а что бы ОН сказал, а как бы ОН подумал? И желание у меня такое дебильное: чтобы он заметил меня, зауважал. Улыбался мне. Уууу. Я точно башкой обо что-то в клубе ударился!!



Мне, кстати, Славка ещё звонил. Извинялся, что в клубе меня кинул и сообщил, что теперь с той бабой, с которой тогда ушел, встречаться будет. Дебила кусок, ничему его жизнь не учит. Я про цепочку у него спросил, ни на что особо не надеясь, и не зря – Славыч ничего про это не знал.



Сейчас я собирался в школу. Цепочку на всякий случай в карман сунул – вдруг чего вспомню. Так-то вещь недешевая, вернуть бы её владельцу. Где бы найти ещё этого владельца…



Коля



Как ни старался, ничего вспомнить так и не смог. Оно, может, и к лучшему. Одно плохо – цепочку свою потерял, любимую. Отец на 16-летие подарил, под заказ делали. Всё обыскал – нигде нет. Наверное, посеял в клубе где-нибудь… Вот чтоб ещё раз я куда-нибудь с Мишкой пошёл!!!



В школу идти не хотелось. Придется сегодня с Ильей заниматься дополнительно, а он явно начнет докапываться, почему меня вчера не было. Зараза приставучая.



- О, а вот и второй прогульщик! – раздался голос Семена, когда я вошел в класс.


- Второй?


- Первый – Илья. Вы че, вместе прогуливали?


- Конечно. Он мне с утра позвонил, говорит «Чё, Коль, давай на всё забьем, пойдем в бар и накидаемся текилой!!»


- Врееешь… - не слишком уверенно протянул Сема.


- Так оно и было, зуб даю, - неожиданно поддержал меня Илья.



Я кивнул ему. Поздоровался вроде как. Он в ответ расплылся в улыбке и кивнул в ответ. И улыбка-то такая.... Красивая… Блин, о чем я думаю? Об этом придурке? Об этом придурке с потрясающе красивой улыбкой…



Илья



Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Фрагменты
Фрагменты

Имя М. Козакова стало известно широкому зрителю в 1956 году, когда он, совсем еще молодым, удачно дебютировал в фильме «Убийство на улице Данте». Потом актер работал в Московском театре имени Вл. Маяковского, где создал свою интересную интерпретацию образа Гамлета в одноименной трагедии Шекспира. Как актер театра-студии «Современник» он запомнился зрителям в спектаклях «Двое на качелях» и «Обыкновенная история». На сцене Драматического театра на Малой Бронной с большим успехом играл в спектаклях «Дон Жуан» и «Женитьба». Одновременно актер много работал на телевидении, читал с эстрады произведения А. Пушкина, М. Лермонтова, Ф. Тютчева и других.Автор рисует портреты известных режиссеров и актеров, с которыми ему довелось работать на сценах театров, на съемочных площадках, — это M. Ромм, H. Охлопков, О. Ефремов, П. Луспекаев, О. Даль и другие.

Дэн Уэллс , Александр Варго , Анатолий Александрийский , Михаил Михайлович Козаков , (Харденберг Фридрих) Новалис

Биографии и Мемуары / Кино / Театр / Проза / Прочее / Фантастика / Религия / Эзотерика / Документальное