Читаем Мои были (СИ) полностью

присматривался к каждому работнику, узнавал и знал особенности каждого и кто к чему был способен,и в соответствии с этим грамотно расставлял работников по местам,что способствовало лучшей производительности труда. Он был спокоен всегда при решении вопросов,авторитет его был высок, и люди его уважали. Траву скашивали в основном женщины,а нас малолетних допускали к этой работе, но нечасто, поскольку толку от нас тут, неопытных было мало. А вот когда трава подсыхала на солнце,то мы шли и активно ворошили и досушивали сено, сгребали его в валы и собирали в копны. Эта работа была посильна для нас,однако подносить копны сена на носилках к зародам для нас было тяжеловато,так как приходилось преодолевать неровности и кочки с грузом в наших руках. Наши деды готовили колья,устанавливали их в ряд, делали подстилку из сучков и укладывали сено в стог. В летние жаркие дни иногда приходила почти внезапно гроза с обильно падающим дождём. В то время особенно торопились убрать сено, побыстрей уложить его в зарод и завершить работу до наступления дождя. Все понимали,что если не поторопиться,то вся предыдущая работа окажется проведённой напрасно, и если дождь накроет не застогованное сено,то его придётся разбрасывать на просушку снова. В такое время наш дед носился,как угорелый по лугу и сам неистово работал, и всех заставлял работать в таком же темпе, не давал никому спуска и поблажек,не щадил никого ни женщин, ни стариков, ни нас, малых помощников. На него не обижались, так как все понимали всю серьёзность такого положения, потому что допусти дождь на сено, то оно сразу потеряет свои первоначальные качества- витамины, аромат и ещё что-то полезного, о котором мы мало знаем.

В один из таких жарких дней в 1943 году наш дед Михаил Кузьмич вдруг занедужил,захворал. То ли он напился холодной воды из лесного ручья, или выпил холодного кваса после жаркой работы,или где-то пересилил себя, нам это было неведомо. В деревне медработника не было,а приезжая фельдшерица помочь не смогла. И вот хвороба его быстро свалила. Всем нам казалось, что такой крепкий могучий старик может работать без устали и без осложнений, а теперь стал слаб и немощен. Работали мы с раннего утра до поздней ночи,используя для работы весь световой день, и при продолжительной и интенсивной тяжёлой работе не каждый мог выдержать всё это. Проболев совсем немного времени, наш дед скончался. Все от души жалели его. Он был сильный старик все его знали как хорошо знающего дело и работоспособного человека, который мог организовать людей на всякое нужное для деревни и для общества дело. А на такой работе, как на сенокосе заменить его было некем, ибо в деревне не нашлось человека,подобного ему. Когда он у нас был групповодом,то тут нечего было делать ни бригадиру, ни председателю, которые хотя и приходили к нам на луг,то только для того, чтобы показать то,что они тоже участвуют в сеноуборке. А мы считали нашего деда Михаила Кузьмича руководителем, наставником и защитником, хотя он был малограмотен.

Д. Гонцово. Кировская обл. 1943г.

31. ПЕЧНИК ИВАН НИКОЛАЕВИЧ.

Ивана Николаевича в деревне все знали и звали не иначе, как Ванька-комиссар. Он был уже пожилым человеком и потому его не взяли на фронт в действующую армию.

Воевал ли он на первой мировой или гражданской войнах мы не знали и разговоров об этом не вели. А вот комиссаром у красных большевиков он мог быть, ибо не напрасно его таковым называли. Семья его шесть человек-сами двое, два сына и две дочери,