Читаем Мои были (СИ) полностью

С такой целью мы приехали в город Омутнинск, в котором было организовано ремесленное училище на базе металлургического завода. Нам хотелось бы научиться работать металлургом или электромонтёром. Но хотя мы прошли медицинскую комиссию, и здоровье наше соответствовало критериям желаемых нами профессий, а других данных у нас не хватало - у Ильи - недостаточное образование, а у меня недостаточные образование и возраст. В приёме в ремесленное училище нам отказали. Мы уехали огорчённые. Не легка ты, дорога к образованию. А больше того нам хотелось попасть в такое учебное заведение больше всего потому, что там сносно и регулярно кормили, что для нас было немаловажной мечтой.

И пошли мы, сели на поезд и покатили туда, куда глаза глядят. Средства кое- какие у нас были и мы сумели проехать по территориям Кировской, Пермской, Свердловской областей и Удмуртской республики. Посмотрели мир, расположенный вдали от своей деревни. Ночевали в поездах, на вокзалах, где нас не оставляли в покое милиционеры, вооружённые длинными, висящими на них до полу, неуклюжими саблями. Мы предъявляли свои справки своего сельсовета с гербовой печатью, и от нас отставали. Только не разрешали спать на скамейках и столах, так как у спящих пассажиров могли скоммуниздить всё. В ту бедственную пору воровства мелкого и крупного было с излишком. На каждом вокзале постояно повторяющиеся нудные и надоедливые призывы к провожающим и встречающим пассажиров, выходившим на перрон родственникам и знакомым. "Граждане, покупайте перронные билеты". Не покупающих такие билеты ловили и выписывали штраф, во много раз превышающий стоимость этих билетов. Государство сдирало лишние деньги с людей. Потом эту денежную повинность убрали.

Мы как бы путешествовали на разных поездах и наблюдали из окон вагонов всё то, что окружало железные дороги, по которым проезжали. Естественная природа -леса горы, долины, реки и речки, это всё естественно и красиво, и мы бесконечно любовались первозданной природой. Мы также радовались, вида возделанные поля, на которых рос и поспевал урожай зерновых культур, и давал надежду, что он будет хорошим, а значит хозяйства будут с хлебом.

Наряду с приятными картинами окружающей местности мы наблюдали и другие вещи - развалины и полуразрушенные остатки деревень, отдельных строений и брошенных жилых домов. Кто - то строил себе жильё, обзаводился хозяйством, работал и обрабатывал поля, выращивал скот и надеялся на лучшее будущее. Много добра пошло в прах. Кое - где видна была жизнь - жилые, покосившиеся, осевшие в землю дома, около которых приютились сараи, в которых содержался домашний скот. Зрелище безрадостное.

На каждой станции идущий пассажирский поезд встречали живущие вблизи люди и предлагали своё приготовленное съестное - горячую картошку, выпечку - пирожки, шанежки, выращенные на своих приусадебных участках овощи - огурцы, помидоры, морковку, собранные в лесу ягоды, грибы, съедобные травы, коренья. Пассажиры охотно приобретали предлагаемый товар - вусные продукты, потому что это были не казённые продукты, продаваемыё здесь же на станции - в киосках, и которые не всегда соответствовали требуемому качеству. Но такому делу - мелкой торговле крестьян, да и не только крестьян мешала власть в виде милиционеров, являвшихся незамедлительно с длинными неуклюжими саблями и распоряжались прекращать эту мелкую торговлю. Законно ли это было?. Закон о спекуляции, действовавший в то время, допускал торговлю товарами, которые производили сами жители. Спекуляции там не было. Колхозники, да и рабочие, продукты производили сами, своим трудом и шли ими торговать, не боясь незаконных действий властей. Не всегда получалось так, как было положено по закону. Произвол. Почему несправедливые гонения на людей, никто не знал. Люди терпели всё и лелеяли постоянную надежду на лучшее будущее. Деньги им нужны были, чтобы купить промышленные товары и одежду, обувь, школьные принадлежности для учащихся детей.

А мы жили в бедной своей деревне, многого не зная, и в поездке нам было интересно узнать, как живут люди в неближнем от нас далеке, и мы смотрели во все глаза на происходящую действительность, при которой та же унылая бедность, неустроенность,