Читаем Мода в саване полностью

Кэмпион и Алан Делл вновь осмотрели платье, тщетно пытаясь понять, в чем состоит его исключительность, и вот-вот могли совершить непоправимую ошибку, заявив, что его прелесть в простоте, но тут Джорджия бросила бомбу.

— Вэл, дорогая моя, — сказала она, и ее прелестный хриплый голос отчетливо прозвучал в тишине. — Это просто потрясающе. Но ведь оно не новое. Я его видела вчера вечером в клубе «Дадли».

Повисла потрясенная тишина. Греческий хор в углу ахнул, а Рекс издал крайне неуместный нервный смешок. Жанровая сценка превратилась в иллюстрацию Глаяса Уильямса.[5]

Леди Папендейк встала.

— Дорогая, — сказала она. — Дорогая…

Она говорила негромко и даже не особенно строго, но вдруг ситуация разом перестала казаться забавной, и Джорджия заняла оборонительную позицию.

— Боже мой, милая, какой ужас!

Она импульсивно повернулась к Вэл, и в этот момент самый циничный зритель не усомнился бы в ее искренности.

— Послушай, это наверняка какая-нибудь жуткая ошибка. Сегодня просто кошмарный день. Но я правда его видела. Вчера вечером в нем была одна из девиц Блэксилл, и оно мне невероятно понравилось. Ужасно жаль, но я даже могу это доказать. Его фотография была в какой-то утренней газете… «Дальномер», что ли… на задней полосе. На ней Блэксилл танцует с министром. Платье просто бросалось в глаза. Ему не было равных.

Вэл молчала. С ничего не выражающим лицом она кивнула онемевшей от ужаса группе в дальнем конце комнаты. Те заторопились прочь, и, как только они вышли, в коридоре тут же зазвенели их голоса.

Джорджия встала и наклонилась над Вэл всем своим длинным, грациозным телом, так что ее подруга стала походить на представительницу какой-то другой расы, более изящной и низкорослой.

— Конечно, покрой у него был похуже, — настойчиво продолжала она, — и материал, по-моему, другой. Но оно тоже было белым.

Леди Папендейк пожала плечами.

— Это модель «Буало», — спокойно произнесла она. — Сшито по нашим эскизам.

Джорджия всем своим видом воплощала виноватую беспомощность.

— Я же не могла не рассказать вам.

— Ну разумеется, дорогая, — пробормотала леди Папендейк, явно не смягчаясь, — ну разумеется.

Судя по всему, произошла катастрофа. Все заговорили одновременно, а Пол направился к Вэл. Следом за ним шагал Рэмиллис — все с тем же непринужденным видом.

Мистер Кэмпион был озадачен. Опыт подсказывал ему, что кража дизайна — это, конечно, крайне неприятное для художника происшествие, но оно редко воспринимается всерьез кем-либо еще, разве что речь идет о крупных деньгах. Он гадал, не произошел ли этот взрыв в результате срабатывания предохранительного клапана: теперь у собравшихся был повод дать волю своим чувствам.

Мальчик в углу комнаты, по всей вероятности, чувствовал себя такой же Алисой в Стране чудес, как и Кэмпион. Сморщив лоб, он разглядывал изнанку своей шляпы и явно не подозревал о бурлящих вокруг страстях.

В комнату театрально вбежал Рекс — белый как мел, он держал в руках газету. Леди Папендейк несколько мгновений разглядывала фотографию на задней полосе, после чего отпустила типично женское замечание:

— Только вор может позволить облачиться в подобное платье женщине с таким животом. Кто ее только одевает?

Остальные столпились вокруг, и Делл снова повернулся к Кэмпиону.

— Утечка данных, — тихо сказал он. — Такое случается на любом мероприятии, если планы держат в секрете. Просто ужасно.

— Удивительно, что фотография такая четкая, — заметила Джорджия с надеждой в голосе. — Обычно они такие мутные. Это платье ни с чем не спутаешь, верно? Это репсовый шелк. Я просто глаз не могла от него отвести. — Она обняла Вэл за плечи. — Бедняжка моя.

Вэл осторожно высвободилась и повернулась к Рексу:

— У кого одевается эта женщина?

— Позвоните и спросите.

Это возмутительно неуместное предложение Рэмиллис озвучил с той беспечностью, которая и делала его столь ненадежным субъектом.

— Можно сказать, что звонят из какого-нибудь журнала. Джорджия, позвони… или я могу сам. Позвонить?

— Нет, дорогой, не стоит, пожалуй. Не глупи, — невозмутимо ответила Джорджия.

Он повернулся к ней.

— Да будь все проклято! — воскликнул Рэмиллис с такой яростью, что все подпрыгнули. — Пока что это единственное разумное предложение. Как ее зовут? Она должна быть в адресной книге.

Его вспышка была столь неожиданной, что на мгновение об основной катастрофе забыли. Кэмпион с изумлением уставился на него. Рэмиллис так сжал челюсти, что на щеках заиграли желваки. Его реакция настолько не соответствовала поводу, что Кэмпион уже был готов признать, что он все-таки пьян. Но тут он увидел Ферди Пола — они с Джорджией смотрели на Рэмиллиса с явным опасением.

— Погоди-ка, старина, — осторожно произнес Пол. — Посмотрим, может, нам сейчас удастся разобраться.

— Разберетесь вы, как же! Только сначала часа два проболтаете, — презрительно фыркнул Рэмиллис. — Хотя есть простой и естественный способ во всем разобраться — взять и спросить.

— Подождите, пожалуйста, — бросила тетя Марта через плечо. — Подобные вещи уже случались.

Рэмиллис пожал плечами.