Читаем Многоточие полностью

– Что поделать, – ответил Сэм. – Нынче природа в гармонии с техникой. Раньше техника вредила: выбросы там, пятое-десятое. Сейчас на роботов большая ставка. Они травинку не затопчут без приказа, и всех давно электрифицировали: от солнечной энергии работают. Экологи довольны, граждане довольны.

Роман что-то говорил ещё, но Сэм слушал рассеянно. Его заинтересовали фотографии на стенах. Он много лет не видел «живые» фото: их давным-давно заменили экраны и проектирующие изображения; здесь же им отводилась целая стена. Риккетс искал знакомый овал лица Нади, но натыкался в основном на Романа и его супругу, их родственников и знакомых. Надиных фотографий не было.

Сердце Сэма сжалось. Он подумал, как хорошо бы они с Надей смотрелись вместе, как он носил бы её на руках и баловал, а она… Разве достоин её ловелас Лимба?! Всегда в компании девиц, которые вьются и расстилаются перед ним… А Надя – сама скромность, а из-за Кайла к Майеру перевелась. Сколько звал – никогда не шла, а Лимба приехал – и сразу туда. Эх…

Грустные мысли уничтожили прекрасное настроение. Сэм попрощался с Романом и сел на поезд до базы № 1. К чтению ничего не располагало. Риккетс смотрел на однообразный степной пейзаж, а мыслями был рядом с Надей.

Вечером к нему пожелали заглянуть друзья, но он отказался, сославшись на неотложные дела. Проверив запас кислорода, он надел скафандр, спустился к озеру неподалёку от завода и пошёл медленно вдоль берега. До отлёта оставалось четыре часа.

К полуночи такси доставило Сэма в космопорт – гигантское сооружение из тысячи зданий, в которые приземлялись космические корабли высотой с семнадцатиэтажный дом и длиною в несколько километров.

Посадка на Землю началась. Риккетс просканировал сетчатку глаза, дождался разрешения войти на борт, оглянулся на планету, где оставалась мама, прошептал прощальные слова и окунулся в другой мир.

Корабль встретил парня шумом. Повсюду сновали люди и роботы. Громко играла музыка. Бары, казино и клубы призывали войти. Где-то веселились и кричали, где-то играли в карты.

Молоденькая девушка и пожилой мужчина танцевали танго и не обращали внимания на окружающих. Когда танец закончился, мужчина закружил даму и поцеловал. Сэм сморщился. Любовь посторонних вызывала в нём сейчас боль и страдание.

Робот-бортпроводник поинтересовался, не требуется ли ему помощь. Риккетс отказался и от помощи и от предложенного электросамоката. Робот удалился к другому пассажиру. Сэм последовал в каюту.

В каюте он переоделся и лёг на кровать. Долго лежал, изучая потолок. Взлёт не объявляли. Позвонила мама.

– Сынок, ты в криокапсуле полетишь или бодрствовать будешь? – спросила она.

– Бодрствовать. Буду готовиться. Не могу приехать к профессору с пустыми руками. Сконструирую одну модель… Помнишь, я показывал? Попасть к Иси – большой успех. Он много лет не принимает учеников, а ради меня сделал исключение. Точнее, Лимба попросил. Другому бы он сразу отказал. А Кайл – любимчик, «золотой мальчик».

Из динамиков объявили о взлёте. Риккетс простился с мамой и пересел на кресло.

Майер не обманул. Как только всё утвердили и дали приказ приступать к строительству мегаполиса, все руководители и большинство сотрудников вернулись на базу № 1. Работа двигалась, процессы взаимодействия ежедневно отслеживались. Надя окунулась в рутину, но сама ждала только, когда увидится с Кайлом.

С Лимбой они увиделись в одном из коридоров завода. В этот раз вокруг него не было свиты. Кайл позвал её и осёкся, заметив, как она неподдельно обрадовалась и потянулась навстречу. Они стояли и молчали, улыбаясь друг другу. В глазах Лимбы играли озорные огоньки, как в их самую первую встречу.

– Привет, Надежда, – сказал он. – Вот и увиделись. Ты куда идёшь?

– Здравствуй. Увиделись. В отдел иду к себе.

– Давай я провожу.

Они пошли рядом. Надя молчала. Лицо её пылало, и она, пряча его и стыдясь проявления чувств, опустила подбородок на грудь. Мысли обжигали, одна неприятнее другой.

– Не писал мне давно. Видно позабыл, – сказала Громова.

– Знаешь. – Кайл старался выглядеть беспечно. – Я давно собирался поговорить, да не получалось всё. И на людях в основном встречались… Видишь ли… Не готов я к серьёзным отношениям. Молодой, ветреный, мотаюсь по всей Галактике. Не в игрушки мне сейчас играть надо, любовь-морковь… Дальше двигаться хочу, в высшие круги.

Они остановились. Надя подняла голову, однако Кайл отвернулся, избегая соприкасаться взглядами. Громова крепилась, чтобы не разрыдаться. Лимба ждал ответа, готовил речи с оправданиями, но Надя развернулась, бросила ему «Прощай» и ушла.

Громова спустилась по лестнице и выбежала на улицу. Глотнула воздуха, и тот сразу же обжёг лёгкие, отрезвив от сцены. Надя ударила кулаком по стволу дерева, разодрала в кровь кожу с костяшек и беспомощным мешком плюхнулась на пятую точку. Сидела, плакала и боялась себе признаться, что все мечты были призрачны перед ледяным равнодушием любимого человека. Озарение внезапно придало ей сил, заставило подняться, отряхнуть с себя землю, вдохнуть еще раз жадно и принять окончательное решение…