Читаем Многоточие полностью

Здесь, в лесу, посаженном Громовой, свою обиду Лимба переживал острее, чем когда-либо. Он пнул ногой упавшую с дерева ветку и крикнул. Эхо подхватило крик и унесло в неизвестность. Кайл сжал кулаки и долго стоял, смотря куда-то вдаль.

5

Несколько недель Надя работала в техническом отделе. Дни, наполненные бесконечными чертежами, проектами, тестированиями и спорами, сливались в один бесконечный поток, и только выходные разбавляли тяжёлые будни спокойствием. Лимба и остальные трудились на базе № 2, посещая базу № 1 лишь изредка (в основном приезжал Майер).

– Почему я на первой базе, а не на второй? – спросила Надя Диму, когда тот появился. – Ты говорил, что строительство мегаполиса – важнейшая задача.

– Всё так, – согласился Майер. – Правители говорят, что важнейшая задача – строительство мегаполиса. А вчера говорили, что космопорта. Позавчера – что нужно обеспечить все отделы новыми роботами. Все задачи важнейшие. Сейчас ты нужнее здесь, но с запуском стройки небоскребов мы все вернёмся на завод. И Лимба тоже, – подчеркнул он.

Переводилась Громова с чувством тревоги. Спрашивала себя, справится ли, найдёт ли общий язык с коллегами, не будет ли мешаться Лимбе. Надумавшись, утешала себя: «Попробую, там увидим. Работы много, она незнакомая, но Кайл рядом окажется». Майер подбадривал:

– Работа тяжёлая, никто не спорит. Но где её взять – лёгкую? Разве у вас с отцом лёгкая? Где там. С утра до ночи на жаре или в холоде, а то и дождь зарядит на весь день. И паши, и сажай, и уровень кислорода отмечай, и ребят в узде держи…

Вечерами Надя возвращалась в квартиру усталая и разбитая. Час-другой отмокала в ванне, ужинала, пила кофе, – всё делалось машинально, словно не человеком она была, а биомеханизмом, удел которого выполнять команды. Ночью ей снились бесконечные графики, цифры, но к утру она успокаивалась, и сны приходили приятные: золотисто-коричневые стволы сосен, зелёные бороды кустарников, бирюзовая вода в прудах…

Сидя над очередным чертежом, Громова вспоминала свои годы в отделе ботаники: сотни озеленённых квадратов, тысячи минут кропотливого труда, литры пота под палящим солнцем. И всё-таки свобода.

Надя задумалась: а перевелась бы она к Майеру, если б не приезд Лимбы? Променяла бы волю на кабинетные застои? Ей нравились роботы, нравилась езда на «мехе», но то чувство, когда ты выходишь из машины и ступаешь босой ногой на прохладную траву, – это опьяняющее чувство, вызывающее эйфорию, роботы не могли заменить. Кайл считал иначе. Его глаза загорались огнём неизведанных планет, когда речь заходила об изобретениях, о механизмах, о трёх законах робототехники. Он рос в этой атмосфере, впитывал её каждой клеточкой тела. Хи-детоси Иси был для него богом, отцом и лучшим другом в одном лице.

Постепенно Надя втянулась. Процессы устаканились, и она занялась исследованием взаимосвязи роботов и людей.

В один из дней состоялось общее собрание, на котором присутствовали все отделы, заполнившие огромную аудиторию. По рядам сновали роботы-официанты, наливали напитки и предлагали снеки. На сцене с гигантским экраном расположились Лимба, Майер и остальные члены делегации, отвечающей за урбанизацию Земли-2. Надя смотрела на любимого и никого больше не видела. Лицо Кайла выражало недовольство, он постоянно спорил и сердился, если с ним вступали в полемику. Когда очередь дошла до него, и на экране замелькали видео будущих мегаполисов, которые планировали возвести в ближайшие пять лет, Лимба минут десять излагал важность предстоящих изменений. Слушали его жадно, особенно девушки. Казалось, что вместе с Кайлом пришли будущие победы; если захотеть, можно дотянуться до них рукой – вот они! После речи провожали овациями. Все знали, что гений рядом, а, значит, и мегаполисы, и второй космопорт скоро заработают.

На выходе Громова дождалась Лимбу. Он вышел, окруженный свитой. Его взгляд остановился на лице Нади. Кайл засмущался, щёки стыдливо зарумянились. Надя улыбнулась, но он не ответил на улыбку. Лимбу подхватили под руки, и шумная толпа унеслась куда-то, покидая смущенную Громову…

Решение поехать к профессору Иси Сэм Риккетс принял после поражения на личном фронте. Надя Громова на его любовь не ответила, ей кружил голову «золотой мальчик» Лимба, а Сэм по-прежнему был просто другом. Негатива к Кайлу из-за этого Сэм не испытывал. Он мечтал повторить его путь, ворваться в мир с интересной идеей, придумать своего робота, наконец, или любое другое изобретение, которое принесёт пользу человечеству…

Последний день перед отъездом выдался хлопотным. Сэм побывал у Романа Громова на базе № 2: обсудили с ним несколько классических романов, выпили по рюмочке коньяку, закрепили алкоголь кофе.

– Ты главное возвращайся, – сказал Роман. – Учёба – оно, конечно, хорошо, но вон Надька моя: учили её, учили, какой специалист – и на тебе! Перевелась железяки собирать! Где такое видано, чтобы человек, связанный с природой, променял красоту на барахло! Уму непостижимо!