Читаем Мистеры миллиарды полностью

Экстравагантность — скажете вы. Типичный далласский стиль — скажет американец. Далласский стиль, техасские манеры в обиходе, бизнесе, политике — эти выражения все чаще мелькают на страницах американской прессы. А Ханта называют одним из типичных представителей Техаса, столпом далласского общества. Собственно, гражданином богом спасаемого города Далласа он стал не так уж давно. После скитаний в погоне за долларами по городам и весям он осел в нем лишь в 1938 году. Но с тех пор Даллас наложил свой отпечаток на Ханта, а Хант влияет на многое в Далласе. Каков же он, этот стиль, откуда происходит, как выглядит, чем грозит?

После рокового залпа, стоившего жизни президенту Соединенных Штатов, в Америке появилась целая литература, посвященная Техасу вообще и Далласу в частности. Много среди этой литературы дешевки, погони за сенсацией, плоских анекдотов, кургузых теорий, смехотворных выводов. Но есть и серьезные размышления, представляющие бесспорный интерес. К числу такого рода размышлений можно отнести статью профессора социологии Техасского университета Риса Макги, озаглавленную «Корни несчастья». Позволю себе привести выдержки из этой статьи.

«За цветущими полями, — пишет Рис Макги, — великолепными шоссейными дорогами и вздымающимися в небо небоскребами скрывается штат, суровый, привыкший к насилию. Его климат и культура не очень изменились с тех пор, как 130 лет назад первые поселенцы отвоевали эту дикую пустыню у Мексики или скорее у индейского племени команчей, которым она фактически принадлежала. Историческое развитие и суровая борьба наложили свой отпечаток на характер штата и его населения. Один здешний климат в состоянии за год сломить людей, не обладающих выносливостью. Установки для кондиционирования воздуха и центральное отопление помогли сделать его терпимым, но не более. Сто лет назад первые поселенцы писали родственникам, что Техас — это ад. Он по-прежнему остается адом.

Споры, которые в Миннесоте разрешаются при помощи кулаков, в Техасе разрешаются убийством противника. Хьюстон и Даллас прославились тем, что из всех американских городов в них совершается наибольшее число убийств. Рост убийств в Техасе в основном является результатом индивидуальных усилий рядовых граждан. Частное имущество в Техасе должен защищать прежде всего сам владелец этого имущества, и, если вам приказано убираться подобру-поздорову, а вы не подчиняетесь этому приказу, вы рискуете поплатиться жизнью за свою медлительность».

Не правда ли, уютное местечко этот Техас! А Даллас, пожалуй, самый уютный город этого уютного штата. Впрочем, внешний облик города вполне привлекателен. А его центр, как мне кажется, даже красив. Огромные современные здания из стекла, алюминия и пластика поражают и восхищают.

Да будет позволено автору сделать здесь небольшое отступление. Я никак не могу согласиться с теми, кто мечет риторические громы и молнии по адресу новейшего архитектурного стиля, накладывающего сейчас свой облик на многие европейские города, но особенно заметного в крупнейших городах Америки.

Критики говорят о каком-то его однообразии, порождаемом прямыми линиями и ровными плоскостями. Тоскуя по колоннам и капителям, тяжеловесной массивности с дробностью массы деталей, они склонны предавать анафеме современный архитектурный стиль, не чураясь ударов ниже пояса, запугивая проникновением буржуазного влияния посредством еретических архитектурных форм.

Невероятно, но факт: во время одного из моих посещений Америки мне довелось присутствовать при яростном споре нескольких американских архитекторов. Противники современного стиля, наскакивая на своих оппонентов, прибегнули к показавшемуся мне до странности знакомым аргументу: этот стиль, кричал один из спорящих, чужд американизму, его завезли сюда из вырождающейся Европы. И в числе еретиков, посягнувших на архитектурный «американизм», он назвал имена француза Ле Корбюзье и русского Мельникова (автора многих московских зданий, в том числе и знаменитого и вызывавшего два-три десятилетия назад яростные споры здания клуба имени Русакова в Москве). Воистину неисповедимы пути господни! Я ожидал чего угодно, но только не такого поворота разговора.

Но споры спорами, а новый архитектурный стиль берет свое. Его строгие линии соответствуют не только современным эстетическим представлениям, но, что еще более важно, являются порождением современных строительных материалов, строительной техники, индустриального способа сооружения зданий. Небоскребы, воздвигнутые в 20-х и 30-х годах, рядом с современными зданиями выглядят архаичными. Так, огромное каменное здание нью-йоркского небоскреба «Крайслер» на фоне изысканно легкого алюминиево-стеклянного здания «Пан-Америкэн» выглядит как готический храм времен средневековья, только увеличенный в размерах.